. ПЛОХО ДЕЛО
Устало потерев глаза ноющими от длительного письма отчётов касаемо проделанной работы в округе, Сибиряков позволил себе на минуту откинуться на спинку кресла, повернув голову набок и устремляя плывущий от обилия цифр, сливающихся со словами и символами, пунктуацией и мысленной визуализации описуемого, взгляд в стену.
Много. Несоразмерно с объемом информации прошлого года много всего зафиксировано, проанализировано и записано в наипонятнейшем простому человеку, связанного со всеми возможными видами наук и их ответвлениями, — боже, почему его коллеги, старше его порой вчетверо, не осведомлены даже об их названиях? Столько живут, а познаний едва ль не по нулям, как такое только допущено было! — языке, смеси исключительно научной терминологии с сухим публицистическим стилем написания. Правда, мысленно ещё до приступления к рабочему процессу Николай услышал собственную отдалённую мысль, что смысл, задумку и суть всего доклада и подробной ясной презентации в комплекте не уловит даже их основной адресат, Москва, не говоря уже о вечно полу-, а порой и не полу-, а абсолютно полноценно спящих во время презентации его трудоголизма стране на благо товарищей соотечественников. Столько грамотной, качественной и старательной работы в никуда.. Но как можно сдавать самолично поставленную в небеса планку? Всегда жизненно(!!) необходимо достигать установленного минимума и стремиться улучшать результат с каждым, каж-дым разом. Если нет прогресса, смысл всей работы, ведь так?
Позволив телу такую секундную блажь, как потянуться, вытянувшись руками вверх, производя схлопывание межсуставных пузырьков воздуха с характерным данному физиологическому процессу хрустом в локтях и области позвоночника, взгляд холодных, как свет в его кабинете, — а в совокупности — лаборатории, — цвета синегнойной палочки глаз напоролся на объект внерабочей исследовательской и несколько ребячей деятельности №37.
Несколько секунд юноша с нечитаемой ему самому реакцией смотрел за этим, четко осознав: это имело иную форму при прошлом наблюдении.
Ох, когда же оно было.. кажется, около двух? трёх? шести? восьми часов назад? Когда он принимался за работу, часы показывали ровно 9 часов утра. Сейчас же черные стрелки на стерильно, как и всё в помещении вокруг, белом фоне гордо, даже как-то надменно вещают о шести часах вчера.
Плохо дело.
Объект №37 предполагал ежедвухчасный контроль на выявление жизнеспособности и эволюции в представленных ему условиях в чашке Петри. Однако, безответственно пропустив сплошь все наблюдения, Коля допустил бесконтрольное развитие.. чего-то.
Это что-то переползло к краю чашки Петри и несколько приподнялось на подозрительно похожих на подобие конечностей отростках, жгутиками с кислотно-ярко-красными углублениями на кончиках потягиваясь в сторону человека. Жгутики nn-е время были статично направлены в сторону Сибирякова, но неожиданно резко изменили положение: они начали делать волнообразные движения, как если бы объект имел разум или хотя бы инстинкты и пытался..
О Господи Боже блять.
Оно пытается сдвинуть крышку.
Резко, параллельно осознанию происходящего на лабораторном столе, Николай одним дёрганным движением, ударяясь лохматой макушкой о полку с глухим звуком и тихим " б.. лин " отодвинулся от своего стола и вскочил с кресла,, — кое через мгновение с грохотом упало назад, утянув за собой зацепившееся, протянувшимися к солнечному свету через окно, маленькими четырехглавыми зелёными листиками,, — зацепился краем измятого, от скрюченной позы во время рабочего процесса, накрахмаленного медицинского халата за острый край стола, дёрнулся — болезненно натянулась ткань, плюнул, дёрнулся снова — раздался трещащий звук рвущейся ткани, таки одернул рукой треклятый, — любимый, — халат, мысленно выражаясь нецензурной бранью и в мгновение ока подлетел к столу, придавливая крышку чашки Петри увесистым степлером.
