Завтра 20 августа в 18:00 в ACI Russia -The Financial Markets Assoсiation Clubhouse https://www.clubhouse.com/event/P9KAEYAe у нас специальная горячая тема: обсудим с Виктор Тунёв и Всеволод Остапенко их рекомендации, предложенные в статье "Современная денежная теория (ММТ): новая парадигма или набор рекомендаций для макроэкономической политики?"
https://ecpolicy.ru/upload/iblock/de0/001_Грищенко.pdf

Оппонировать будут Oleg Shibanov и Егор Сусин и все желающие, в порядке поднятия рук!

"Итак, какие новации в макроэкономической политике в России возможны и желательны с точки зрения MMT?

1. Механизм бюджетного правила, другие элементы фискальной и денежно-кредитной политики необходимо привести в соответствие с понятием монетарно суверенной страны. Для этого потребуется трансформация БП — от «нулевого структурного дефицита» к целевой динамике расходов, активная роль Банка России в управлении золотовалютными резервами (покупки и продажи иностранной валюты или золота можно увязывать не только с бюджетным, но и с внешнеторговым балансом, динамикой частного кредита и даже валютного курса, не отказываясь от плавающего курса рубля). Желательно снизить или ограничить долю нерезидентов на рынке ОФЗ (с около 30 до менее 20%), чтобы рынок госдолга меньше зависел от глобальных потоков и стал полноценным инструментом для управления ставками, ликвид- ностью и сбережениями резидентов.

2. Сбалансированный подход к динамике государственного и частного долга. Так, для достижения темпов роста экономики 3% в год потребуется кредитное предложение (прирост совокупного долга) более 10% ВВП в год, в том числе 5–6% ВВП как прирост частного долга32, 2–3% — дефицит бюджета (часть дефицита можно покрывать за счет использования избыточных нефтегазовых доходов и ФНБ) и 1–3% чистого экспорта (рис. 4, 5). Финанси- рование дефицита бюджета возможно с использованием банков- ской системы, даже без участия Банка России. Снижение дюрации госдолга или использование ОФЗ с плавающей ставкой позволит банкам активнее участвовать в первичных размещениях по доходности, близкой к таргетируемой ключевой ставке, и заместить нерезидентов на рынке госдолга.

3. Государство может допустить более высокий дефицит бюджета, прежде всего за счет увеличения темпов роста госрасходов до 8–10% в год (или 4–6% в реальном выражении), до тех пор, пока частный сектор наращивает расходы медленнее, чем целевой рост ВВП. Инфраструктура, принадлежащая государству, и человеческий капитал — два ключевых направления дополнительных расходов в рамках нацпроектов.

Исходя из логики ММТ, оправданным будет переход от таргетирования цели по дефициту бюджета в рамках БП к цели по динамике номинальных расходов бюджета. По опыту других стран при установлении «потолка» расходов можно исключить расходы на обслуживание госдолга и капитальные расходы [Кудрин, Соколов, 2017. С. 19], связанные с масштабными инфраструктурными проектами, а также иные экстраординарные расходы, например вызванные пандемией.

В современных денежных системах потенциал фискального стимулирования ограничивается инфляцией, а не размером долга или дефицита бюджета. В СФР, включая Россию, есть допол- нительные факторы — валютный курс и предпочтения в иностранных сбережениях резидентов. Поэтому, исходя из логики ММТ, фискальная и денежно-кредитная политики могут быть направлены как на мягкое дестимулирование внешних сбережений, потребительского импорта, спекулятивных потоков капитала, так и на ограничение волатильности курса национальной валюты. "

Смотрите так же презентацию Виктор Тунёв на EMCR:
https://emcr.io/resources/download/107