Футурология российской социальности. Влияние ИИ на уровни российской социальности: ожидания поляризации когнитивного капитала, усиление влияния рублевских элит, а также увеличение разрыва между локациями цифровых центров и цифрового занавеса. Риски формирования неосословных привилегий VS возможности цифровых лифтов для жителей мегаполисов и периферии, включенных в цифровой ландшафт. Итак, уровни:

Рублевский. ИИ – инструмент сверхконцентрации капитала и политического доминирования. Роль владельцев алгоритмов и внедрения их в госуправление и крупный бизнес. Рост социальной и экономической дистанции от всех остальных.

Столичная. Это плацдарм для попадания в рублевский слой социальности. Россия сверхцентрализованное государство, поэтому привилегированный статус Москвы будет сохранен, а с ним и положение 12-14 млн. россиян, живущих на уровне выше среднего. В остальном риски – беловоротничкового замещения ИИ. Креативный класс будет жестко сегментирован на способных обуздать ИИ (интеллектуальные кентавры) и тех, кто работает по старинке (шагающие, хромающие на своих двух и портящих свое зрение). Первые имеют потенциал роста, вторые будут неустойчивы. Офисный планктон столкнется с падением зарплат, но государство будет амортизировать негативные тренды. Долгое время государство поддерживало и шахтеров, и работяг на автозаводах. Офисный планктон тоже не лишат поддержки, хотя усилят тенденцию его перевода в более полезные для государства профессии (например, учителей или психологов).

Мегаполисная. Для образованной и талантливой молодежи ИИ-технологии, наряду с госслужбой или выбором силовых профессий, станет значимым социальным лифтом. Хорошее владение ИИ усиливает возможности конкуренции с жителями столицы для талантливой молодежи из мегаполисов и региональной периферии. ИИ-технологии станут полигонами для тестирования социальных экспериментов различного содержания с прицелом для их внедрения по всей стране.

Региональная периферия. Наиболее защищенный от прямой ИИ-замены уровень. Социальность за «цифровым занавесом» традиционна и более устойчива. Однако будут возрастать риски другого содержания – роботизация и замещение трудовых ресурсов в сельском хозяйстве и на заводах роботами. А это тоже следствие развития ИИ. Вероятность этого сценария учитывая демографию - высока. Зарплаты и уровень доходов на этом уровне социальности расти не будут, впрочем, и до развития ИИ они не особо росли. Периферийная социальность – традиционна и достаточно консервативна. При этом негативные тренды в ней тоже достаточно устойчивы.

Релокантская. Значимый источник формирования инноваций. Маргинальное и неукоренненное положение релокантов на Западе и на постсоветском пространстве заставит их активно использовать ИИ. Роль цифровых кочевников, способных влиять на инновации в современном российском обществе делает их значимым слоем, изолировать который для государства экономического смысла не будет. Однако риски политической стигматизации этого слоя высоки из-за противостояния с Западом и желания использовать этих людей против легальной власти в России. Пройти сквозь Сциллу и Харибду очень сложно, но это именно то, что выбирают большинство релокантов.

Мигрантская. В среднесрочной перспективе (2-3 года) потребность в дешевой рабочей силе возрастает. ИИ как источник коммуникации с инородной средой. Приезжающие в Россию кыргызы и таджики умеют чаще всего изъяснятся на русском, а уже приезжающие индусы – нет. Но индусы могут быстро освоить ИИ-переводы и для функциональных задач это будет достаточно. Социокультурная интеграция станет менее актуальной.

Доступ к ИИ – важнейший индикатор для российской социальности. Я далек от мысли о том, что будет логика Олимпийских богов и наказания Прометеев (российских или западных) за то, что они дают людям Огонь (технологии использования ИИ). Однако российское государство умеет концентрировать сверхресурсы и совершать догоняющие рывки модернизации, хотя и очень высокой ценой (Петр I, Сталин). Главным субьектом будет государство.

Есть еще и экзистенциальные аспекты развития ИИ, но об этом в следующий раз.