Целый каскад факторов сейчас препятствует диалогу Вашингтона и Москвы и его оживления на горизонте не ожидается.

Администрация Д. Трампа отчетливо увидела, что тема диалога с Москвой скорее негативно сказывается на рейтингах (и без того невысоких) действующего президента США. Сейчас, за счет внешней политики (Ближний Восток, фиксация статус-кво с Китаем) удалось немного реабилитировать рейтинги Трампа в американском обществе, но нагрузка постсоветским конфликтом явно не входит в планы его администрации в настоящий момент.

На повестке возникает вопрос об ударах или победоносной спецоперации в Венесуэле. В том, что она готовится и смена режима власти Н. Мадуро возможно – сомнений нет. Однако, Трамп уже заявлял многое – и Панаму, и Гренландию, но в его окружении работают сдержки, в том числе и институциональные. Поэтому вероятность каких-то ограниченных ударов по Венесуэле достаточно высока, а спецоперация со сменой власти в этой стране – гораздо менее вероятна. Иными словами, возможны отдельные акции на уровне ударов по хуситам или даже ударам по Ирану, но рядом с Венесуэлой нет Израиля или подобного актора-союзника, а Трамп не слишком безрассуден и не готов на прямое военное вторжение.

Победа в родном для Трампа Нью-Йорке мэра социалиста (от демпартии) З. Момдани – это ожидаемое, но очень проблемное событие для действующего американского президента. Нью-Йорк всегда был демократическим городом, но сейчас Трамп будет сокращать федеральное финансирование штату и плести различные интриги, которые ударят и по нему самому. Момдани же становится главным институциональным антитрампистом, который будет использован как точка сборки недовольных американским президентом по всей стране.

И, наконец, еще один структурный фактор – прагматизм Трампа и нацеленность на результат. Долгие переговоры без очевидной результативности по вопросам постсоветского конфликта не вписываются в стиль Трампа. Поэтому предпочтительнее дистанцироваться. На самом деле, в этом вопросе психологические и личностные оценки много что значат. Из встречи с Си Цзиньпинем Трамп вынес логичную (к сожалению) для сторонних акторов идею о том, что конфликту нужно дать дойти до определенной точки. Трамп немного принял китайской мудрости и философии увей (недеяния) и дистанцировался от повестки.

Москва в этих условиях не отказывается от борьбы за влияние на Трампа, но и не особо ставит на это. Сейчас тактика, похоже, такая – показать всему миру котлы на фронте и дать Трампу пас с возможностью выступить в роли миротворца. Это, по большому счету, тактические маневры и нет большой разницы в том примет ли пас американский президент или нет. Структурно мало что поменяется – все продолжается и горизонтов завершения не видно. Нет и предпосылок для их формирования миротворческих импульсов, кроме одной, самой важной. Роль личности и политической воли. А она может быть проявлена и со стороны Москвы, и со стороны Вашингтона, а также Пекина в любой момент. Однако пока что это лишь гипотетическое допущение и все складывается в постепенном и умеренном, но отчетливо эскалационном русле.
Обсуждаемые ядерные планы - тому подтверждение.