В дополнение к посту на «Кремлевском безБашеннике»: ключевые черты российской социальности.

Приоритет Безопасности над Свободой. В эпоху секьюритизации произошло смещение вектора по понятным причинам. В 2018-2019 гг. часть пассионарного слоя столичной и мегаполисной России стремилась к свободе/политическому участию и это работало на высокий уровень протестности и недовольства. Сейчас – базовый запрос безопасность физическая и социальная. Для недовольных происходящим – оставленность в покое и внутренняя эмиграция, которые не запрещены. Для лояльного сверхбольшинства – поддержка власти и надежды на лучшее.

Национал-патриотизация общественного сознания. Сворачивание западническо-глобалистского вектора не привело к формированию прокитайского вектора. И не только потому, что у Китая откровенно слабая мягкая сила. Вектор сместился в сторону роста национализма по очень широкому спектру (от здорового и сильного до радикального и токсичного). Эта новая парадигма, которую госвласть успешно пересадила в коллективное сознание достаточно успешно и быстро. Это обстоятельство, кстати, зачеркнуло бесконечные разговоры об идеологии в России, которые велись в стране в политизированном сегменте до февраля 2022 г. Общество консолидировано (по большинству формальных признаков) на основе национал-патриотической парадигмы и образа Внешнего Врага.

Полумобилизованное общество (пост)потребления. Нынешнее общество не мобилизованное, но понимающее, что мобилизация в широком смысле возможна или уже происходит постепенно. И это уже не общество потребления, а постпотребления. Стандарты потребления остаются главным фактором для подавляющего большинства, идейных «фанатиков» (религиозных, ястребов, антизападнически настроенных) в социуме не так уж и много. Общество обеспокоено сохранением прежнего уровня жизни и качества потребления.

Этатизированность. Самый распространенный модус этого общества – подстраиваться под запросы государства. Сейчас наиболее предпочтительные профессии среди родителей подростков – IT, военные специальности и госслужба. Общество подстраивается под запросы госвласти и старается попасть в струю. Государство воспринимается не просто как главный, а, пожалуй, единственный институт, способный определять состояние социальности. Поколение 1990-х научилось жить без государства и доля людей, надеющихся на себя, постоянно растет, но это не взаимоисключающие тенденции. Надежды на себя для многих предполагают встраивание в систему этатизированного мейнстрима. Подрастающее поколение в независимость от государства не поверит.

Усреднение большинства. Сверхбогатое большинство остается, но государство реализует курс на уменьшение бедности и нищеты в сторону усреднения доходов социума по неосоветскому образцу. И этот усредненный средний класс на каждом уровне социальности (столичный, мегаполисный, регионально-периферийный) имеет свои социально-экономические характеристики. Людям в этих условиях комфортнее ощущать себя такими как все и государство реализует эту стратегию, так как про общество всеобщего благосостояния в эпоху секьюритизации говорить оснований мало.

Управляемая социальность. Это главная управленческая характеристика социума. За последние годы правящий класс убедился, что социум полностью управляем и можно закладывать в него различные паттерны, программы, алгоритмы социального поведения и схемы мышления. Есть инерция общественного принятия и нужно время, но общая управляемость не вызывает сомнений. Пластичность социальной ткани – это подходящий материал не только для выстраивания социальной архитектуры, но и для социального зодчества в широком смысле слова.

https://t.me/kremlebezBashennik/41673