🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" -

Дмитрий Михайличенко, аналитик, доктор философских наук

О самочувствии уровней российской социальности

Интересно посмотреть с социологических позиций - какая динамика у российской социальности на разных ее уровнях за последние годы.

1. Рублевский уровень. Очень значительная динамика, крен в сторону силовой элиты. Рублевский рынок недвижимости в последние годы был очень динамичным и насыщенным предложениями. Прозападные элиты уехали, уменьшается доля элит, ориентирующихся на рыночные модели в экономике. Резко возросла роль элиты, ориентированной на господряды и неосословные привилегии. Смешанные настроения относительно происходящего, но высокая вертикальная дисциплина и готовность в публичной сфере соблюдать данную присягу.

2. Столичный уровень. Резкая лоялизация, самый высокий в стране уровень одобрения происходящего. Наиболее значительный источник релокации в 2022 г. с последующим возвратным движением (как и в городах-миллионниках). Столицы остаются главным магнитом, притягивающим людей из регионов, но интенсивность этого процесса снижается (как и темпы строительства жилья в Московской агломерации). Отчетливо выраженное стремление сохранить высокий уровень потребления подтверждается экономическими возможностями большинства. Осознание значимости мигрантов сочетается с ростом негативного отношения к ним после трагедии в «Крокус сити холле». Доминирует гуманное обращение к бездомным животным и есть потенциал для благотворительности.

3. Мегаполисный уровень. Отток в Центр продолжается, а уехавшее население замещается жителями периферии, которые имеют возможность переместиться в региональные центры. Резкое ограничение возможности посещать заграничные страны и развитие внутреннего туризма. Постепенное снижение потребительских стандартов у большинства. Преобладает гуманное обращение к бездомным животным. Постепенное вытеснение мигрантов из сферы обслуживания местными трудящимися.

4. Региональная периферия. Несет самую тяжелую нагрузку. СВО предоставила многим участникам возможности социального лифта. Планы агломерационного развития (и связанная с ними ликвидация МСУ первого уровня) никуда не ушли. Региональная периферия продолжает деградировать и оставаться пространством выживания. Доминирует мнение о необходимости эвтаназии бездомных собак. Негативное отношение к мигрантам. Самый протестный из всех уровней, больше всего носителей социального недовольства.

5. Северный Кавказ и Окраины. Новые и прифронтовые регионы подверглись масштабному воздействию, в том числе и с разрушительными последствиями. Их восстановление в ближайшие годы уже стало приоритетом государства. Окраины в силу внешнеполитической конфронтации тоже получают особый статус (Калининградская область, Севастополь, Дальний Восток, арктические регионы) и особое финансирование государства. Усиление силового крена в управлении Северным Кавказом как реакция на внешнеполитические вызовы и потенциал экстремизма (пример Дагестана). Риски радикализации как реакция на возможные экономические ухудшения. Борьба с коррупцией на местном и региональном уровнях как способ повысить эффективность реализации социально-экономической политики государства.

6. Релоцированно-эмигрантский уровень. Сформирован как отдельный тип социальности с численностью примерно 10 млн граждан России, проживающих по всему миру. Дрейфующе-ухудшающееся отношение к уехавшим внутри России граничит с забвением-индифферентностью большинства. После оттока населения в 2022 г. наблюдается постепенный возвратный процесс. Потенциал политической радикализации уехавших в условиях секьюритизации резко снижен. Большинство уехавших молчат и не стали адептами расколотой несистемной оппозиции. Но образ мышления уехавшего большинства все больше отличается от восприятия процессов жителей России. Непроходимого барьера между ними пока не возникло, но различия усиливаются.