🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" -

Дмитрий Михайличенко, аналитик, доктор философских наук

Об экстенсивной стратегии России в эпоху секьюритизации

Россия как империя исторически развивалась преимущественно за счет экстенсивного расширения, а не интенсивного технологического развития. В поисках сначала дорогостоящей пушнины, потом востребованной на Западе древесины и зерна, а затем и углеводородов.

Технологическая (и социальная) модернизация в России отставала от Запада, а преодоление этого разрыва осуществлялось государством жесткими мерами (Петр I, И.Сталин). В последние двадцать лет политические оппоненты нынешней власти критиковали Россию за нефтегазовую иглу и предрекали печальную эру после нефти. Но нынешние реалии секьюритизации говорят о том, что этот нарратив оказался, мягко говоря, односторонним и конъюнктурным.

В эпоху секьюритизации в мир-системе стремительно уменьшается выравнивающий потенциал (условная стратегии Швеции). Запрос на левое равенство принимает причудливо-ХАМАСизированные формы, а перспективы усиления глобального неравенства отчетливо выражают не только Китай, но и лично мистер Д.Трамп.

Уже наступила эра криптовалюты, искусственного интеллекта и резко увеличивающейся асимметрии между странами первого, второго и третьего миров. Реализация технологических новаций требует много энергии в буквальном смысле слова, и она есть в России. Ну а дефицит инновационного развития выглядит в нынешних реалиях как непреодолимый, в сравнении с возможностями США и Китая.

Во всех вероятных сценариях Россия сохраняется как значимая полупериферия системы, чье политическое/военное влияние будет нивелировать технологическое отставание, а экстенсивная стратегия сохранит привлекательность для всех ключевых акторов - в плане майнинга, добычи нефти и газа или редкоземельных металлов, питьевой воды и много чего еще.

Снизится значение нефти и газа? Допустим, а значение различных видов энергии, которая позволяет майнить биткоины? А редкоземельные металлы? Их добыча грязна и тяжела, но у России их тоже очень много. А пресная вода? И так далее.

Стратегическое значение России будет сохраняться на высоком уровне для всех центров мир-системы. Нынешние попытки руководства России нормализовать отношения с США во многом связаны с нежеланием ложиться на восточное плечо и попадать в зависимость от Китая. И это отвечает ее историческим интересам. Это - с одной стороны.

А с другой, правящий класс будет только усиливать свое сверхдоминирование и проводить консервативную (в марксистских учебниках прошлого века ее бы назвали реакционной) политику. Ему никакая социальная модернизация не нужна.

Правящий класс в этих условиях заинтересован, прежде всего, в сохранении своего сверхдоминирования. Технологическая модернизация будет достигаться за счет ситуативной и прагматичной кооперации с Западом и не-Западом (Китаем). А социальная модернизация, развитие человеческого капитала, принципов местного самоуправления, демократии или в широком смысле альтернативности – просто будут блокироваться. По той монополизации и укрупнению бизнеса, которые есть сейчас, это заметно отчетливо. Для России это тоже привычная ситуация, за исключением некоторых, коротких по историческим меркам отрезков (первые два десятилетия пореформенного периода - 1860-1870-е гг., 1990- начало 2000-х гг.).

Экстенсивная стратегия, направленная на эксплуатацию ресурсных возможностей страны и усиление ее военного потенциала, – это долгосрочная историческая колея России. Страна не скатится до реалий третьего мира по большинству показателей, но и в лидеры мир-системы не выйдет.

Изменить этот расклад может только глобальная война, предпосылки которой вызревают. Вопрос - как долго они будут вызревать. В том, что глобальная конфронтация случится в ближайшие двадцать лет – сомнений, к сожалению, все меньше. Старый мировой порядок перестал существовать, а до формирования нового еще очень и очень далеко.