Феноменология аполитичного безучастия


Продолжающееся с конца марта снижение внимания общества к спецоперации в Украине говорит о постепенном возвращении российского социума в формат привычного для него аполитичного бытия.

В нынешней ситуации общество рассматривает свой аполитизм как способ дистанцирования и снятия с себя ответственности за происходящие процессы, который позволяет жить по принципу «нас это не касается».

Интенция на усиление политизации власти проявилась достаточно отчетливо, в том числе и за счет усиления патриотическо-воспитательной компоненты в школах и вузах, однако к тотальной тактике власти не переходят и прагматично оставляют возможности для проявления в массах стратегии аполитичного безучастия.

Рост аполитичности формирует дилемму для власти, ведь ее усиление работает на рост индифферентных настроений обывателей, а также снижение уровня патриотизма и роста социального недовольства.

Однако для власти это не является критичным: даже если рейтинг власти снизится на 10-20% ничего критичного не произойдет. Тем более, что снижение рейтинга чревато не столько ростом протестных настроений, сколько усилением все того же безразличного аполитизма и конформизма.

Потенциал для этого достаточно высок, а вот искусственное усиление патриотической мобилизации вряд ли будет иметь нужный эффект: пределы этого очевидны. Массированная патриотическая накачка остается в арсенале власти, но применять ее будут только в случае резкой актуализации социального недовольства и разочарования.