🌐Специально для "Кремлевского безБашенника" -

политолог Дмитрий Михайличенко, доктор философских наук (Телеграм-канал Scriptorium)

Регулярно случающаяся турбулентность в странах Центральной Азии определяется состоянием институтов в этих странах, а также ассиметричным распределением ресурсов: правящие кланы получают почти все, а остальным достаются жалкие кусочки.

С начала года жесткая турбулентность, характеризующаяся применением насилия и масштабными человеческими жертвами, случилась уже в трех республиках: Казахстан, Таджикистан, а теперь и Узбекистан.

Нынешние протесты и столкновения граждан с силовиками в Каракалпакстане, в некоторой степени, сопоставимы с событиями в казахском Жанаозене января 2022 г., а также с недавними «мятежами» в Горно-Бадахшанской автономной области (Таджикистан).

Во всех случаях местные элиты слабо представлены в республиканской власти, а жители чувствуют себя обделенными в экономическом плане. Каракалпаки борются за свой суверенитет, но базис у протестов также экономический.

В Казахстане власти в итоге предпочли договориться, хотя кровавого статиса избежать не удалось. В Узбекистане также идут по этому пути и пытаются найти компромисс с местными элитами, но и от силового давления не отказываются. В Таджикистане правящему Э. Рахмону нечего предложить памирцам из Горного Бадахшана, поэтому лидеры протеста были объявлены «бандитами», а часть из них уничтожена. При этом среди них было немало местных элит, чья собственность позднее была, так сказать, перераспределена.

Все страны Центральной Азии идут по пути Китая и подавления всех нацменьшинств. Казахстанский сценарий, когда события из одного региона перетекли на остальные, в Узбекистане сейчас невозможен: каракалпаки обособлены как этническая группа и протесты не перейдут на всю страну, а этнические узбеки не выкажут им никакой массовой солидарности. Тем не менее, эти центральноазиатские кейсы вряд ли можно рассматривать как нечто отдаленное.

Если у автократий есть (как у Казахстана) экономические ресурсы и возможность заливать все проблемы деньгами – они это делают. Если такой возможности нет (как в Таджикистане) – наступает режим жесткого, ничем не прикрытого силового подавления несогласия.

В Казахстане относительно преуспели в урегулировании конфликта, возможно, также и будет в Узбекистане, однако путь унифицирующей централизации и подавления национальных меньшинств – сам по себе губителен и закладывает под собой основу для новых противоречий, которые институции стран Центральной Азии позволяют «решать» только с применением насилия и крови.

При этом сама постоянно возрастающая централизация и унификация нужна для закрепления доминирующего положения правящего класса и его приоритетного «права» на ресурсы. Получается замкнутый круг: периодически случающиеся статисы внутренне присущи для политических систем такого типа. Нынешний каракалпакский статис пока не дотягивает до кровавых событий в Андижане 2005 г., однако, он, к сожалению, еще и не завершен.