Казахстанский вектор: стратегия плавного отслоения


С одной стороны, Казахстан выглядит как один из главных евразийских бенефициаров санкционного давления на Россию: увеличилось количество авиапролетов в воздушном пространстве этой страны, в республику переехали многие российские айтишники, открываются огромные возможности для параллельного импорта и обхода санкций.

С другой, в элитах Казахстана нет четкой стратегии действий. Возрастает зависимость Китая на казахские элиты, который действует неторопливо и поступательно. Очевидно, что правящие кланы Казахстана опасаются России, но не хотят попасть под вторичные санкции от Запада, а еще вынуждены все чаще синхронизировать свои позиции с Китаем. При этом представители Запада регулярно указывают президенту К.-Ж. Токаеву на необходимость отказа от скрытой поддержки России. Задача тут не допустить возможности России использовать свои постсоветского сферы влияния для обхода санкций.

Для урезонивания интересов руководства России казахстанские эксперты постоянно говорят, что Евразийский экономический союз не является для них выгодным и приводят многочисленные статистические выкладки. Очевидно, что в условиях санкционного давления на Россию и Белоруссии выгодность ЕАЭС для Казахстана, который не находится под санкциями, падает.

Официальная позиция нейтралитета и «золотой середины» видится на первый взгляд, как шаткий баланс, но этот баланс, скорее всего, будет зафиксирован.

У России много рычагов давления на Казахстан, но все они предполагают взаимные (а не односторонние) потери. Как следствие, Казахстан использует эту ситуацию для плавного отслоения от России. Значимость России в глазах казахстанской элиты в последнее время снижается, а настороженность растет. Причем речь не об отдельные прокитайские кланы, а про базовые настроения элит.

Если до спецоперации российские банки предлагали свои «экосистемные продукты» Казахстану, претендовали на цифровизацию республики, а руководство собиралось учить казахских детей в российских, а не западных вузах. Сейчас эта повестка сотрудничества объективно ослабла, хотя это не фиксируется на уровне дипломатической акттивности.
Преимуществами умиротворения казахстанского статиса/смуты в январе 2022 г. российского руководство может воспользоваться лишь в очень ограниченной степени.