Девятому арбитражному апелляционному суду предстоит рассмотреть неординарное дело по иску Ситибанка (Лондонский филиал) к компаниям группы «Русский Стандарт» об обращении взыскания на акции банка «Русский Стандарт» (около 50%), принадлежащие ответчикам. Требование продать залог обосновывается нарушением Трастового соглашения от 27 октября 2015 (между RUSSIAN STANDARD Ltd. и Ситибанком) и дефолтом по евробондам «Русского Стандарта».

На дату подачи иска задолженность Эмитента перед трактовым управляющим (Истец) составляла 💵757 251 540,62.

Особенность дела состоит в том, что отношения сторон регулируются Трастовым соглашением, подчинённым английскому праву и с оговоркой о подсудности судам Великобритании, а залоги, обеспечивающие его, регулируются российским правом с подсудностью споров АСГМ. Именно этот спор по российскому праву по договорам залога и рассматривается сейчас в Москве.

Арбитражный суд Москвы, рассматривавший дело по первой инстанции, отказал в иске, поскольку посчитал, что:
1) требование об обращении взыскания на залоги заявлено с пропуском годичного срока давности (поскольку суд посчитал срок на залоговое обеспечение неустановленным, то применил п.6 ст.367 ГК, определяющую срок на предъявление требований к поручителю в 1 год);
2) Ситибанк хотя и является залогодержателем, но не является кредитором по обеспеченному залогом обязательству (т.н. основное обязательство), а обращать взыскание на предмет залога может только кредитор по основному обязательству.

Суд первой инстанции постарался разобраться в том, как соотносятся Трастовое соглашение по английскому праву (учитывая, что российское право не признаёт трасты) и договоры залогов по российскому. Суд исходил из буквального толкования договорённостей сторон, согласно которым Истцу переданы в траст не Облигации, а права требования к Эмитенту и по обеспечению, что сам Истец признал в письменных пояснениях от 19.01.2021). Соответственно, суд посчитал, что Истец не доказал, что имеет какие-либо права в отношении Облигаций, а следовательно, в силу ст. 142 и 143 ГК РФ, не может быть признан кредитором по ним.

Читатель подумает: если у Ситибанка в российском суде не получилось, потому что он «неправильный кредитор», то, возможно, получится у самих держателей евробондов? Пока это не очевидно. Дело в том, что параллельно с делом Ситибанка по обращению взыскания на залоги в арбитражных судах рассматривается дело по оспариванию залогов держателями бондов (Дело № А40-21111/2020), по которому на данный момент истцами проиграно уже 3 инстанции (см постановление ФАС МО от 04 марта 2021). Зачем бондхолдеры затеяли этот процесс, можно только догадываться. Судя по позиции в залоговом споре, это могла быть попытка установить через «отрицательную преюдицию», что договоры залога в пользу Ситибанка действуют, что позволило бы ему обратить взыскание на акции банка. Пока разыграть преюдицию в процессе по залогам не получилось.

На стороне Ситибанка по залоговому делу замечен Александр Хретинин, старший юрист московского офиса английской фирмы Herbert Smith Freehills.

На стороне должника сопротивляются Григорий Чернышёв и Сергей Ковалёв.

На стороне бондхолдера Алайа Трэйдинг (BVI) по делу А40-21111/2020 замечен Максим Степанчук, что означает, что их защищают «Делькредере».

В Коммерсанте выступил Андрей Елинсон (А1), возмущённый «одиозностью» судебного решения. Он подтвердил, что А1 поддерживает бондхолдеров, назвав смену поведения банка на «отсутствие» залогов «насмешкой над здравым смыслом и нормами закона, морали и этики».

Пока у «Русского Стандарта» получается защищаться от кредиторов. Но, как «негромкая песня лесных партизан», должна пробиваться тревога, ведь Трастовое соглашение-то составлено по английскому праву и подчинено английской юрисдикции, которая известна строгой кредиторской защитой. Если бондхолдеры не найдут поддержки у российского правосудия, очевидно, что им придётся идти в Лондон. Поэтому, не совсем понятно, какова будет общая стратегия должника.