Часть II.

Наши степени свободы.

Вместе с тем в России всюду наблюдаются довольно сложные, странные состояния, а потому далёкие от равновесия, нестабильные.

У нас странная конституция, написанная весьма произвольно в 93 году. Нет ничего удивительного, что в неё внесли поправки ad hoc, и внесут ещё не один раз, или даже примут новую.

У нас странные границы, определённые большевиками очень произвольно и в рамках очень экзотического замысла, ныне забытого. Неудивительно, что границы менялись и будут меняться дальше. Тоже самое и по тем же причинам относится и к принципам федерального устройства. И здесь мы наблюдали в нулевые годы укрупнение субъектов Федерации и создание федеральных округов. Вероятно, мы увидим похожие процессы и в будущем.

Наши основные политические институты не представляют из себя законченной работающей системы. Регулярно сталкиваются с кризисом легитимности, или субъектности.

Наша постсоветская пацифистская [2], безответственная, инфантильная [3], массовая культура, живущая "без царя в голове", явственно обнаружила свою нестабильность в России, просто покинув её, заранее имея паспорта других государств и "собранные чемоданы".

Идейные основы нашей государственности, сформулированные в конституции, вредны, или игнорируются. Новые находятся в процессе становления.

Наша армия, не будучи настоящей имперской армией, выполняет имперские задачи, а потому в процессе испытывает сложную эволюцию, в ходе которой внутри неё возникает сверхмощная ЧВК, вокруг армии формируется феномен очень широкого гражданского участия.

Наша экономика меняется под давлением санкций и запросов ВПК.

Вся эта нестабильность есть степени свободы нашей системы - то есть то, что нестабильно, не зафиксировано во времени, подвержено измениям.