Честный ответ: мы еще не знаем. Но гипотезы у нас есть.

За ростом насилия вероятно стоят демографические изменения и внешние шоки. Бум киберпреступности, по-видимому, связан с последствиями цифровизации, пандемии и изменением структуры возможностей для преступника. Кроме того, дело может быть в неравномерном изменении безопасности офлайн- и онлайн- пространств. Первые стали значительно безопаснее: камеры, сигнализации, домофоны и другие системы контроля усложняют совершение традиционных преступлений. Мы можем переносить это ощущение защищенности в онлайн, куда переместилась значительная часть жизни, и недооценивать угрозы, к которым не успевают адаптироваться ни государство, ни бизнес, ни сами пользователи.

Подробнее эти гипотезы изложены в статье. Дальнейшую работу мы видим именно в изучении механизмов, стоящих за изменением уровня виктимизации и ее структуры. Приглашаем коллег присоединяться к решению этих задач и напоминаем, что у RCVS есть свой сайт и дэшборд, данные опубликованы для всех заинтересованных исследователей (для самых заинтересованных есть и репозиторий с репликационным пакетом).