Село Поярково. Храм Рождества Богородицы. 1665.

(из цикла: #шедевры_подмосковья)

Поярково совсем близко от Москвы. Недалеко от Сходни и Зеленограда. Сразу за Шереметьево.

Это совсем небольшой, но очень красивый храм - квинтэссенция русской архитектурной традиции. Рядом с храмом шатровая колокольня. Настоящая, XVII века. Это всегда производит сильное впечатление, когда колокольня настоящая, а не пристроенная в XVIII или XIX веке. Но тут она не просто настоящая, а буквально шедевр. На сквозных арках с круглыми опорами.

Церковь Рождества Богородицы в Поярково построена в 1665 году в имении Артамона Матвеева. Одного из самых влиятельных людей при дворе Алексея Михайловича. В самом конце его царствования Матвеев не просто «ближний боярин», а буквально самый близкий к государю человек.

Впрочем, уникальность Матвеева не в его близости к царю, а в его последовательном "европействе". Он все вокруг себя устраивал на европейский манер – от одежды до воспитания сына и театральных постановок. Он даже жену свою воспринимал как равную, и она, как равная, присутствовала на всех его встречах и разговорах в Поярково (это почему-то особенно шокировало современников).

Собственно, именно его европеизирующее влияние на семью Нарышкиных привело как минимум к такому явлению, как нарышкинское барокко, а как максимум – к Петру I и его реформам.

Впрочем, непосредственно на воспитание Петра он особого воздействия оказать не успел. После смерти Алексея Михайловича и неудачной попытки того же Матвеева сразу посадить на престол малолетнего Петра, он был отправлен в ссылку. После смерти Федора Алексеевича царем все-таки стал Петр, и Нарышкины тут же вернули Артамона Матвеева из ссылки. Из ссылки он вернулся 11 мая 1682 года, а 15 мая был убит во время стрелецкого бунта на глазах у Петра. Его просто сбросили с дворцового крыльца и изрубили на куски.

Но вернемся к храму в селе Поярково. Это небольшой бесстолпный одноглавый храм, украшенный тремя рядами кокошников, белокаменными вставками, колоннами и строгим аркатурным поясом. Такой очень выразительный XVI век, построенный в разгар архитектурных экспериментов второй половины XVII века.

И это очень неожиданно. Последовательный европеец Артамон Матвеев, пытающийся изменить все в русской жизни, делает выбор в пользу русской традиции и ее особого типа гармони.

И тут невольно задумываешся. А что, если бы не стрелецкий бунт, что если бы Артамон Матвеев все-таки успел повлиять на Петра и его реформы. Может, история нашей страны сложилась бы по-другому.