Власти Хабаровска мечтают оставить акции протеста в прошлом, не понимая, что протестное настроение не исчезнет, но проявится в иных, даже более опасных для власти формах.

2 января на официальном сайте мэрии Хабаровска появилась информация, что несанкционированные массовые акции у здания правительства Хабаровского края в поддержку экс-губернатора Фургала, арестованного летом 2020 г., прекратились: «Митинги больше не проводятся ни в будние, ни в выходные дни...".

Телеграм-канал TJournal сообщает, что на самом деле "власти уже месяц отчитываются о том, что митинги больше не проходят".

Напомним, акции в Хабаровске продолжаются с 11 июля 2020 г., а начались они после задержания 9 июля губернатора Хабаровского края Сергея Фургала по обвинению в организации убийства и покушений на убийства 15-16 летней давности.

Фургал, который находится в СИЗО в Москве, вину не признал. Многие эксперты усматривают в «Хабаровском деле» политический подтекст.

Чиновники, по всей видимости, ликуют, и зря: отсутствие видимой части протеста не означает, что он исчез. Нашу оценку ситуации мы не раз давали на нашем канале.
С одной стороны, власть поступила правильно, не опустившись до силового разгона протестов, как это в грубой форме сделал Лукашенко, как произошло при Хрущеве (расстрел Новочеркасских рабочих, 1962 г.), как не раз происходило в Царской России (расстрелы мирных демонстраций).

Это свидетельствует о бОльшем здравомыслии нынешней власти, о большей адекватности её действий поступающим вызовам.

Но власть не сделала главного вывода из нашей многострадальной истории: если не устранять причины протеста, побуждающие людей выходить на улицы, то протест никуда не исчезает: он просто облекается в другие формы.

Мы помним форму протеста советских граждан, лишённых государством права на него в формах легальных: он локализовался в кухнях квартир, курилках предприятий, где власть нещадно критиковалась: напрямую, и в анекдотах, сеявших вокруг неё СМЕХ, который и разрушил эту власть в новых исторических условиях. Советская власть рухнула: не только "крыша" в лице Горбачева "съехала" с здания государства-нации, но, можно сказать, и само здание "выехало" из под "крыши". И эта "крыша" (форма государственного устройства), грохнулась и развалилась в августе-декабре 1991 г.

Гражданское общество России подталкивается именно к этой форме протеста – другие формы власть перекрыла: жёсткая модерация партийно-политической системы продолжается; ликвидация двухуровневой системы местного самоуправления практически произошла; мэры "назначаются" через "институт конкурсов", а губернаторы через "институт ВРИО"; выборы депутатов жёстко модерируются как при регистрации кандидатов, так и через "институт партийных списков", бывшие мэры муниципальных поселковых и сельских поселений превратились в назначаемых начальников "территориальных образований". В результате правящая бюрократия вывела себя из под народного контроля и канализовала все народные протесты на самого Президента, как раньше – на Царя и Генсека.

Если Хабаровские протесты локальны (хотя резонансность их значительно усилена ошибками Лукашенко в Белоруссии, за событиями в которой общество внимательно следит), то ошибки с ненужной пенсионной и мусорной реформами уже затрагивают всю страну.

"Масла в огонь" подливают новости из "процветающей" столицы, которая хвастается умопомрачительными проектами, как строительство не имеющего аналогов в мире гигантского крытого стадиона для сёрфинга с 2-метровой волной.

К тому же не всему обществу безразличны наши неудачи на внешнем фронте: очевидный дрейф тюркоязычных республик Средней Азии и Закавказья в сторону Турции в результате её закрепления на Кавказе, который не может не отразиться на настроении элиты тюркских республик РФ; возвращение Лукашенко к "многовекторной" риторике после фактического его спасения Россией...

Всё это усиливает в обществе и без того тягостное 30-летнее состояние стресса, и сама власть должна предложить выход из него, а не выдавать "желаемое за действительное", что она делает в Хабаровске.