Reverse

🗞 КОЛОНКА РЕДАКТОРА

🇱🇻 Латвия подошла к очередному рубежу, за которым вопрос уже не только в политике, языке или отношении к русским. Речь идёт о цене тридцатипятилетнего курса, построенного на разделении общества.

В новой колонке разбираем, как из политики «первосортности» и постоянного поиска внутреннего врага выросла система, в которой русские постепенно вытесняются из общественной жизни, а напряжение только накапливается.

Есть цифры, которые трудно списать на случайность: доля нелатышей в стране и их представительство в Сейме, государственном секторе и правительстве.

Но главный вопрос впереди: куда ведёт эта дорога? К дальнейшему вытеснению русских? К открытому этническому конфликту? К войне? Или Латвии всё-таки повезёт свернуть с этого пути?

❗️ Читайте колонку полностью. 👈

#колонка

@tenipribaltiki

❗️Представляем вам пятый выпуск нашего спецпроекта "Международный журнал": "Как звучит то, чего больше нет?"

В новом выпуске говорим с Юрием Габровым – культурологом, этнографом, руководителем Московского этнографического общества – о том, как восстанавливают исчезнувшие музыкальные инструменты, почему эта работа больше похожа на расследование и где проходит граница между реконструкцией и догадкой.

📌 Проект реализуется при поддержке Президентского фонда культурных инициатив.

За последние два месяца военно-политическая обстановка в Литве характеризовалась дальнейшим усилением курса на сдерживание России и Беларуси и более тесную интеграцию в военное планирование НАТО. Несмотря на смену правительства, Вильнюс сохранил расходы на оборону выше 5% ВВП, продолжил размещение германской 45-й бронетанковой бригады и отдельно подтвердил заинтересованность в сохранении американского военного присутствия.

Одновременно Литва ускоряет формирование собственной дивизии, укрепляет границу с Беларусью и Калининградской областью, развивает ПВО и противодроновую оборону, строит новые военные городки и полигоны. Расширяется и военно-промышленный комплекс: готовится новое производство боеприпасов, а национальные компании привлекаются к созданию систем обнаружения БПЛА и контроля воздушного пространства.

Что изменилось в военной политике Литвы за июль – начало сентября, как перестраивается присутствие НАТО и какую роль Вильнюс отводит собственной армии и оборонной промышленности. #ВПО

🌟 Подробный разбор — по ссылке.

👤 Юрий Харламов
↗️ Подпишись на «Новости» в Telegram и MAX

Германия может запретить ультраправым доступ к секретному плану действий на случай войны, пишет Bloomberg

Ну что ж, в немецком политическом закулисье разыгралась та еще драма.

Министерство обороны ФРГ рассматривает возможность ограничить доступ правительства земли Саксония-Анхальт к секретному плану реагирования на случай войны (OPLAN) – если к власти в регионе придут ультраправые.

Документ объемом около 1000 страниц описывает координацию федеральных и региональных властей в кризисной ситуации. План основан на ключевой роли Германии как перевалочного пункта для войск НАТО, которые будут переброшены на восток в рамках любых мер по защите военного альянса. Полная версия OPLAN доступна руководителям 16 федеральных земель Германии, местные власти имеют доступ лишь к отдельным частям. Но стандарты, как выясняется, действуют до тех пор, пока в регионе не побеждает "не та" партия.

Логика железная: АдГ открыто выступает за восстановление экономических связей с Россией и против военной помощи Украине. А значит могут передать этот план России. К слову, за ними уже активно следят немецкие спецслужбы.

Знакомая картина: вместо того чтобы разбираться с причинами популярности АдГ, ее просто пытаются наказать.

Сначала они пришли за нашими рабочими местами. Потом – за нашими профсоюзами

В Варшаве у здания Министерства цифровых дел прошел митинг. Около 30 участников. Плакаты, громкоговорители, требования: "Защитить рабочие места", "Пора вводить правила", "Не ждите, регулируйте".

Все как у людей. Только митинговали – роботы.

Знакомый сценарий, да? Обычно так выглядит забастовка работников, которым не повышают зарплату и не улучшают условия.

Организатор акции Гжегож Кулис объяснил, что хотел привлечь внимание к риску замены работников роботами и ИИ.

Украина заявляет, что ей требуется еще 27 миллиардов долларов. Европа хочет знать, почему, пишет NYT

Европейские чиновники, только что распивавшие шампанское на День независимости в Киеве, внезапно почувствовали, что оно горчит. Дефицит в 27 млрд долларов – это не мелкая монетка в кармане, а почти годовой бюджет небольшой европейской страны.

Самое забавное, что никто в Киеве толком не объясняет, откуда дыра. Зеленский кивает на экс-министра обороны Федорова, экс-министр – на нового. А глава бюджетного комитета Роксолана Пидласа заявляет о том, что ее предупреждали о дефиците в 7,5 млрд долларов, однако военные расходы за 2026 год выросли аж на 17%.

По ее словам, из-за усиления российских атак на украинскую промышленность, Украина только за прошлый месяц лишилась половины ожидаемых доходов. Но когда на фоне этого просят деньги с формулировкой "сами не знаем, на что ушло, но дайте еще", европейские избиратели начинают нервно пересчитывать свои счета за отопление.

Видимо, теперь в Брюсселе будут не только думать, как помочь, но и проводить финансовый детектив. Снова.

Подготовили для вас подборку великой народной любви к Герру Мерцу

Пока Фридрих Мерц с пафосом вещает о "защите свободы" и винит во всех бедах АдГ, за окнами его кабинета зреет политический шторм.

"Южный Парк" официально стал "Южной Америкой"

Создатели, вдохновившись подвигами Apple и Google в деле переименования водоемов, решили не отставать.

Не исключено, что в скором времени мы будем с нетерпением ждать новые сезоны "Йеллоустоун" "Америка", "Очень странная Америка", "Гарри Америка", "Анатомия Америки".

Прогнозы теплой зимы могут принести облегчение Европе на фоне низких запасов газа, пишет Bloomberg

Синоптики все больше сходятся во мнении, что предстоящие осень и зима окажутся необычно теплыми, что позволит снизить спрос на топливо.

А что, если венгры решили сделать ставку на теплую погоду, поэтому и решились выслать российских дипломатов?🤔

От "особого пути" к европейскому мейнстриму

Венгрия высылает 10 сотрудников российской дипломатической миссии из-за "неприемлемой деятельности", сообщила министр иностранных дел страны Анита Орбан.

Долгие годы Венгрия при Викторе Орбане была "белой вороной" в Европейском союзе, выстраивая особые, прагматичные, а порой и дружественные отношения с Москвой. Новое правительство во главе с Петером Мадьяром выбрало принципиально иной курс. Как отмечают эксперты, позиция Венгрии становится все более соответствующей линии Евросоюза, и Россия теперь официально воспринимается как угроза.

Однако было бы ошибкой считать, что отношения между двумя странами будут разорваны мгновенно. И венгерская, и российская сторона подчеркивают, что дипломатические каналы остаются открытыми. И на это есть веские причины.
Ключевой фактор – экономика. Венгрия критически зависит от поставок российских энергоносителей. Резкий разрыв этих связей стал бы тяжелейшим ударом по венгерской экономике, и новый премьер-министр Петер Мадьяр это прекрасно понимает. Судьба таких крупных проектов, как АЭС "Пакш", станет главным индикатором того, насколько далеко готов зайти Будапешт в своем развороте.

Исходя из этого, можно предположить следующий сценарий развития отношений Венгрии и России: Будапешт будет последовательно присоединяться к общеевропейской критике Москвы и поддерживать санкционные пакеты ЕС, от чего при Орбане он часто воздерживался. Вопреки жестким заявлениям, энергетическое сотрудничество продолжится, по крайней мере в среднесрочной перспективе. Стороны будут пытаться разделить политику и экономику, что неизбежно будет приводить к внутренним противоречиям в их диалоге.

Высылка дипломатов и симметричный ответ России, о котором уже предупредили в Москве, не станут единоразовой акцией. Это начало нового, более напряженного этапа в отношениях, где каждая сторона будет жестко отстаивать свои позиции.

Иранское посольство в Сьерра-Леоне может составить Трампу конкуренцию по части юмора.

К слову, президент США самый частый герой иранских мемов.

О чем на самом деле говорили в Москве и Киеве

Прошедший раунд переговоров с участием Уиткоффа и Кушнера стоит рассматривать не как сенсацию, а как очередной этап длительного процесса. И в этом этапе есть несколько важных нюансов, которые заслуживают внимания.

Что сказал Киев?
Депутат Рады Анна Скороход фактически подтвердила: американцы привезли условия, которые оказались жестче предыдущих. Речь идет уже не просто о компромиссах, а о конституционных изменениях и признании территориальных реалий. Это важно. Если в Киеве это воспринимают как ухудшение, значит, Вашингтон начинает учитывать положение на линии фронта, а не иллюзорные "планы победы".

Позиция Москвы:
Сергей Лавров четко обозначил: Россия исходит из фактов на земле, и именно это находит отклик у американской стороны. При этом он прямо заявил, что если Запад продолжит саботировать урегулирование и отговаривать от компромиссов тех, кто к ним готов, – Россия будет достигать целей военным путем. Это не угроза, а констатация очевидного. Москва не прячется за дипломатической ширмой и не создает иллюзию переговоров ради переговоров.

Песков назвал встречу "маленьким шагом к миру". Формулировка сдержанная, без эйфории. Это говорит о том, что в Кремле сохраняют реалистичный взгляд: диалог идет, но до прорыва далеко. Важно, что Москва ценит усилия американских посредников, но не ставит их во главу угла.

Что касается Киева и Европы:
Зеленский после встречи созывал переговорную группу и консультировался с Парижем, Лондоном и Берлином. Это симптоматично: решение по-прежнему принимается не в Киеве. Украина остается в роли просителя, а не равноправного участника процесса. Европейцы, судя по всему, тоже не предложили ничего нового – только обсуждение ПВО и "зимних пакетов".

Итог:
FT пишет, что результаты отсутствуют. Это справедливо, если ждать быстрых соглашений. Но если смотреть шире – процесс идет. Американцы постепенно адаптируют свои предложения к реальности, Киев нервничает, Европа бессильна. Москва же сохраняет стратегическую паузу: мы не торопимся, мы не уступаем по принципиальным вопросам, но диалог не закрываем.
Следующие шаги будут зависеть не от эмоций, а от того, готова ли противоположная сторона признать очевидное.