В ресторане «Объект Культурного Наследия», что стоит между Рождественским монастырем, тусовочным центральным рынком и МАРХИ (это важно в нашем контексте) звучит разговор: «Когда говорят, французский стиль или итальянский, в голове почти всегда появляется хотя бы примерный мудборд. Когда говорят красота по-русски, это что? Евроремонт, дворец Юсуповых, конструктивизм или бабушкины ковры на стенах?»

А кто его знает. Я впервые задумалась об этом, когда стала путешествовать по стране с друзьями, у которых при виде дымки над рассветным полем или покосившихся наличников екало сердечко. У меня – нет. Мне было просто красиво, и долгое время я была уверена, что со мной что-то не так, у меня какой-то провал в образовании или видении мира. Пока я не поняла, что вообще-то я выросла в тотально другом пейзаже.

Мое сердечко екает от ослепляющей морской глади, кипарисов и, простите, пляжа, а еще от ревущих гор (кавказская кровь все-таки). И что это за культурный код? Ведь мой родной язык – русский (опустим тот факт, что он должен быть другим), важные мне люди – Пушкин и Набоков, и да, об императорской России я думаю минимум раз в неделю. Можно ли тогда вообще говорить о едином русском культурном коде? Конечно, нет. Просто в медиапространстве частности, как всегда, опускают, углы сглаживают, фактурное упрощают, сужая все до детства у бабушки в деревне.

А в «ОКН» зайдите обязательно. О местах я пишу здесь редко и очень выборочно, но едва я сняла шубу на входе, сердечко у меня именно екнуло. Не потому что я увидела образы из своего детства или отсылки к литературе, но потому что в воздухе тут витает что-то очень близкое. Что-то, что действительно могло бы объединить пляж, разбитые остановки, березы и «визгом жалобным и воем / надрывая сердце мне», но что облечь в формулу, сделать из этого паттерн, красиво упаковать и продать гораздо сложнее.

#колонка