Мое большое путешествие по Марокко началось и закончилось в Касабланке. В первый день мы развеяли миф об этом городе и заявили, что Касабланку придумали американцы – в одноименном фильме 1942 года с Хамфри Боггартом и Ингрид Бергман. Картину даже снимали не в Марокко, а в Штатах – так что на улицах этого города вы не найдете того роскошного и одновременно тоскливого марроканского очарования, которым пропитан фильм. Но за всем этим можно поехать дальше по стране.

Что же про сам город в итоге? Я думаю, Касабланка остается такой же непонятой, как Милан. Когда люди ждут романтичной киношной картины, а ты получаешь реальный город с реальной современной жизнью. Касабланку очень легко обругать – здесь нет очаровательной медины, нет колоритного базара, нет улиц, которые больше похожи на декорации арабского фестивального кино. Здесь нет аутентичной картинки Марокко с его фирменным синим цветом или роскошными риадами – как в Милане нет той Италии, которую мы так полюбили во Флоренции или Риме.

Касабланка огромная, она пахнет так, что нос изнеможден и его хочется выбросить, она нищебродская и вопиюще роскошная одновременно. Но по сути своей она очень простая – это город, в котором живут и работают люди, сюда приезжают делать дела, а не гулять. Ну, и как всегда - смотришь хоть немного внимательнее и среди сохнущего белья и тележек с курицами заметишь остатки французской роскоши середины прошлого века, почти парижские крыши, фасады домов, что словно из фильма «Великий Гэтсби», случайные крошечные кофейни с плетеными стульями. Моя отдельная любовь – мечеть, врывающаяся в океан, два несовместимых пейзажа слились в один. И, конечно, ощущение утраченного былого величия – к такому меня всегда неосознанно тянет.

Настоящие живые города – они как настоящие живые люди, угловатые и нецельные, размашистые и совершенно не для всех. Я люблю, когда город – не декорации для гостей и не застывший, пусть и очень колоритный, музей. В этом для меня недостаточно современной честности, мало параллелей с чем-то человеческим и привычным. Я люблю смотреть на то, как живут люди сегодня, это любимая часть путешествия.

Касабланка совершенно не пыталась мне понравится, и именно за это я ее глубоко и искренне по-пацанки зауважала.