Читальный зал psy_primus

Концепция работы секций Читального зала.

Задача: чтение профессиональной литературы в кругу коллег.

Принцип работы: Чтение происходит непосредственно на группе, в режиме реального времени, когда один из участников читает вслух, а остальные слушают, периодически происходит смена чтецов. Время от времени происходит обсуждение прочитанного материала.

Техническое обеспечение: видео-созвон в Teams во время работы секции, запись не ведется. Для каждой секции предусмотрена группа в Teams.

Ответственность участников: вовремя приходить на встречу, присутствовать с включенной видео-камерой, читать, участвовать в обсуждении прочитанного материала. В случае пропуска очередной секции чтения, самостоятельно прочитывать пройденный материал.

Материалы для чтения: участники самостоятельно обеспечивают себя бумажными или электронными экземплярами книг. Если в секции идет чтение редкой книги, администратор обеспечивает электронным экземпляром для чтения в группе в момент работы секции, без дополнительной рассылки электронной книги.

Границы процесса: Секции чтения не являются интервизорскими, супервизорскими, психодинамическими группами, т.е. участники сами регулируют степень предъявления своего/клиентского материала в обсуждении.

Режим работы: Секции читального зала работают в установленном режиме, круглогодично с перерывом на: новогодние каникулы, майские каникулы, осенний отпуск администратора.

Оплата: Участие в секции Читального зала предполагает абонементную оплату и варьируется в зависимости от секции.

Дополнительные пояснения: Ожидаю в Читальном зале коллег, заинтересованных в чтении профессиональной литературы и коллегиальном обсуждении прочитанного материала. Предупреждение о разовом пропуске, или о выходе из секции чтения является желательным и уважительным по отношению к другим участникам секции чтения.

Мы читаем:
Женщины - понедельник 10:00-10:50, еженедельно
Сиблинги - вторник 10:00-10:50, еженедельно
МакВильямс - вторник 17:00-17:50, еженедельно
Винникотт - среда 11:00-11:50, еженедельно
Техника юнгианского анализа - четверг 10:00-10:50, еженедельно

Художественная секция - понедельники 16:00-17:30, еженедельно

Добавляться в секцию можно с каждой новой книгой - я делаю отдельные объявления, запись личным сообщением.

Есть прикрепленный к каналу Чат, общий на весь читальный зал. - можно присоединиться.

Медленное чтение в группе обеспечивает прочтение книг, усвоение прочитанного материала и комьюнити. 🤗

У меня объявление.
С началом чтения новых книг, я буду вводить абонементную оплату за участие в секциях Читального зала.
Оплату предполагаю - 1000 руб в месяц (за 4 встречи).

На группе чтения мы читаем вслух по очереди и разговариваем о прочитанном, задаем вопросы и совместно ищем ответы.

Сейчас можно присоединиться к двум секциям: "Винникотт" (книга "Игра и реальность") по средам в 11:00 (10 декабря начинаем).
и с 12 января по понедельникам в 10:00 в секции "Женщины" начинаем читать книгу Линды Леонард "Эмоциональная женская травма".

Записаться - личным сообщением.

Юлия Босык, аналитически ориентированный психолог, клинический психолог, репродуктивный и перинатальный психолог.

С 12 января начинаем читать книгу Линды Ш. Леонард "Эмоциональная женская травма" - можно присоединиться.
Читаем еженедельно по понедельникам в 10:00.
Чтение проходит в онлайн формате на платформе Teams. Читаем вслух непосредственно на встрече с последующим коллегиальным обсуждением. Длительность встречи - 50 минут.
Прогноз чтения - 17 встреч.

Записаться - личным сообщением.

Линды Ш. Леонард - юнгианский аналитик, на собственном опыте и опыте других женщин с эмоциональной травмой исследует ее причины и следствия. Используя анализ сновидений, мифов, сказок, фильмов, Линда Леонард приводит свою символическую классификацию проявления эмоциональной травмы и рассматривает возможные их разновидности в зависимости от характера травматических отношений отца и дочери. Предлагаются пути и способы исцеления, а это важно, т.к. от отношений с отцом в дальнейшем зависит и социальная успешность женщины, и развитие ее творческих способностей, а также проявление здоровой сексуальности и формирование зрелых отношений с мужчинами.

Я купила в подарок от вас книгу.
Сердечно благодарю тех, кто оценил мой годовой вклад в Читальный зал и прислал денег ❤️

Эту книгу мы тоже обязательно почитаем в секции "Женщины"

с 10 декабря начинаем читать книгу Д.В. Винникотта "Игра и реальность" - можно присоединиться!
Читаем по средам в 11:00, длительность встречи - 50 минут. Есть электронная книга - в библиотеке по ссылке.
Чтение проходит в онлайн формате с включенными видео-камерами и с обязательным посещением.
Предположительный прогноз чтения - 15 встреч.
Записаться - личным сообщением.

В секции чтения "Винникотт" мы уже прочитали книгу "Ребенок, семья и внешний мир". Это сборник небольших текстов (даже не статей), написанных очень простым добрым слогом скорее для родителей и воспитателей - кто с детьми общается, а не для профессиональных психологов. Но читая эту книгу мы задавались многими вопросами на разные "детские" темы - от кормления до агрессии. Многое удавалось помыслить с профессиональной стороны - как "это" может проявляться "в кабинете" у взрослого человека.
Эту книгу прочитали за 21 встречу по 50 минут, средняя скорость - 12 стр за встречу вместе с обсуждением.
Благодарю участников!❤️

#винникотт

Приветствую всех читающих!
Я предлагаю встретиться в неформальной обстановке чтецам из разных секций!
По встрече онлайн я предложу варианты для встречи (длительность от 50 до 120 минут) отдельным опросом. Предлагаю прийти и поговорить о чтениях, о книгах (прочитанных и отложенных за год), о жизни - совместное чаепитие в кругу коллег-чтецов.
По встрече очной нужно будет нам подобрать и день, и мероприятие - можно будет сходить куда-нибудь совместно - будем воплощаться в зимнем Петербурге.
Что думаете по этому поводу и какие варианты для очной встречи предлагаете?

Действительное чтение, продуктом которого является понимание, есть такой же творческий труд, как создание того, что понимается. И если это происходит, то там нет проблемы заимствования. Посредством книги, как выражался Пруст, мы читаем в самих себе.

Книга, в лучшем случае, – оптический духовный инструмент, который приставлен к нашей душе, как к ней может быть приставлено увеличительное стекло, посредством которого мы начинаем двигаться в нашей душе, и если там воспроизводятся, или случаются, состояния понимания – а состояния понимания есть состояния с прогрессией, то есть состояния сходимости (отождествление), – то это есть то же самое, что быть автором (а не заимствовать мысли другого).

Мераб Мамардашвили. «Лекции о Прусте»

Читальному залу один год!

Каждый рабочий день мы начинаем с чтения! Работают пять секций чтений профессиональной литературы и одна художественная секция. Иногда кажется, ну что мы прочитали за встречу 10-15 страниц - ну это же так незначительно... А на самом деле регулярность чтения и его коллегиальность обеспечивают процесс и усвоение материала! Чтение вслух - это тоже важная история.

Иногда я думаю о своем проекте и в таком ключе: когда происходят странные коллективные процессы мы отвечаем на это своим коллективным процессом - мы читаем книги вслух!
Чтение вслух, размышления о прочитанном, возможность сказать "я не поняла о чем тут написано" и отклик коллег "сейчас вместе разберемся" и разговоры кто как понял - вот это ценно! И постепенно, со временем книги оказываются прочитанными!
А еще я заметила "оборот" мысли - когда в другой книге находится что-то, перекликающееся или объясняющее что-то из "вчера прочитанной", "вчера просмотренного фильма", "вот в том рассказе, который мы читали" - получается почти своя экосистема. Так бобры, делая свои плотины, создают особую экосистему вокруг. Мне нравится!

Еще я раздумываю запустить секцию с чтением статей! Думаю о журнале МААП, чтобы читать свежевышедшие сборники - это для меня также про коллегиальность и поднимающиеся темы в профессиональном сообществе. Пока размышляю над форматом, если у вас есть идеи/отклик - дайте знать.
И очень хочу читать рассказы (например Чехов или Толстой). Нюанс в том, что рассказ хорошо бы прочитать и обмозговать за одну встречу, а они бывают разными и соответственно длина встречи варьируется. Я думаю, что это будет история "время от времени", что-то вроде "чтение выходного дня". Мы читали как-то в похожем формате "Смерть Ивана Ильича" - мне понравилось и я нахожу это классным форматом!
А еще есть мысль о таком формате: читаем/слушаем роман самостоятельно и потом встречаемся поговорить. Читать очень нужно!

Я люблю покупать бумажные книги, я собираю библиотеку профессиональной литературы и параллельно делаю каталог, в котором можно найти книгу "под запрос", но это история постепенная и похоже длительная... Сейчас там пока (или уже) 260 книг, какая-то часть есть электронные. Буду рада, если вам тоже будет полезна эта электронная библиотека!

Так вот, я очень рада, что мы с вами читаем! А те, кто с нами не читают, я хочу сказать - читайте, объединяйтесь с коллегами, запускайте свои секции чтения и читайте в кругу коллег!

🎁 Для подарков 🎁
СБП на Сбер (+79851183474) с комментарием «читальный зал». Я бумажных книг куплю - потом покажу какие и расширю каталог Библиотеки 🤗

Приглашаю на Кино-Интервизию по фильму «Газовый свет» (1944 год, реж. Джордж Кьюкор)
16 ноября в 19:00.

На Кино-Интервизиях мы применяем аналитическую теорию на практике на «безопасных клинических случаях».
На встрече мы исследуем свой контрперенос и анализируем процесс просмотра, как ключ (параллельный процесс) к фильму.

Итак, мы смотрим фильм, разрешаем ему проникнуть в нас – наша задача отследить свой контрперенос на этот «сон». Мы подвергаем анализу не столько сам фильм, сколько тот эмоциональный отклик, который у нас возник при просмотре фильма. С кем из персонажей я идентифицировался? К кому какие чувства? Мы наблюдаем за нашими защитными механизмами во время просмотра (перерывами, отвлечения, скука, раздражение и так далее), ведь мы все смотрим один фильм, но каждый видит свое кино.

Фильмы – безопасные случаи для супервизии, потому что мы снимаем внутреннюю цензуру, связанную с обсуждением реальных случаев из практики, это тренажер-симулятор аналитической работы в кабинете. Встреча Кино-Интервизии – это живая работа в группе, где разнообразие взглядов расширяет наше понимание и видение психического.

Организационные моменты:
Встреча проходит онлайн в формате видео-конференция в Телемост. Запись встречи не ведется, включенная видео-камера обязательна. Фильмы мы смотрим заранее, самостоятельно.
Длительность встречи предполагается 1,5-2 часа в зависимости от количества участников и нашего общего процесса психического переваривания фильма.
Стоимость – 1000 руб.
Запись на встречу личным сообщением.

В группе ТГ Открытые Кино-Интервизии можно участвовать в выборе фильмов к просмотру.
На канале Кино-Интервизия Primus публикую интервизированные фильмы и некоторые теоретические изыскания о кино. Добро пожаловать!

— Ты, кажется, хочешь сказать, что я состарилась? — живо перебила она. — Не смей! — Она даже погрозила ему. — Я еще молода, сильна... — прибавила она выпрямляясь.
Он засмеялся.
— Не бойся, — сказал он, — ты, кажется, не располагаешь состариться никогда! Нет, это не то... в старости силы падают и перестают бороться с жизнью. Нет, твоя грусть, томление — если это только то, что я думаю, — скорее признак силы... Поиски живого, раздраженного ума порываются иногда за житейские грани, не находят, конечно, ответов, и является грусть... временное недовольство жизнью... Это грусть души, вопрошающей жизнь о ее тайне... Может быть, и с тобой то же... Если это так — это не глупости.
Она вздохнула, но, кажется, больше от радости, что опасения ее кончились и она не падает в глазах мужа, а напротив...
— Но ведь я счастлива; ум у меня не празден; я не мечтаю; жизнь моя разнообразна — чего же еще? К чему эти вопросы? — говорила она. — Это болезнь, гнет!
Да, пожалуй, гнет для темного, слабого ума, не подготовленного к нему. Эта грусть и, вопросы, может быть, многих свели с ума; иным они являются как безобразные видения, как бред ума...
— Счастье льется через край, так хочется жить... а тут вдруг примешивается какая-то горечь...
— А! Это расплата за Прометеев огонь! Мало того, что терпи, еще люби эту грусть и уважай сомнения и вопросы: они — переполненный избыток, роскошь жизни и являются больше на вершинах счастья, когда нет грубых желаний; они не родятся среди жизни обыденной: там не до того, где горе и нужда; толпы идут и не знают этого тумана сомнений, тоски вопросов... Но кто встретился с ними своевременно, для того они не молот, а милые гости.
— Но с ними не справишься: они дают тоску и равнодушие... почти ко всему... — нерешительно прибавила она.
— А надолго ли? Потом освежают жизнь, — говорил он. — Они приводят к бездне, от которой не допросишься ничего, и с большей любовью заставляют опять глядеть на жизнь... Они вызывают на борьбу с собой уже испытанные силы, как будто затем, чтоб не давать им уснуть...
— Мучиться каким-то туманом, призраками! — жаловалась она. — Все светло, а тут вдруг ложится на жизнь какая-то зловещая тень! Ужели нет средств?
— Как не быть: опора в жизни! А нет ее, так и без вопросов тошно жить!
— Что ж делать? Поддаться и тосковать?
— Ничего, — сказал он, — вооружаться твердостью и терпеливо, настойчиво идти своим путем. Мы не Титаны с тобой, — продолжал он, обнимая ее, — мы не пойдем, с Манфредами и Фаустами, на дерзкую борьбу с мятежными вопросами, не примем их вызова, склоним головы и смиренно переживем трудную минуту, и опять потом улыбнется жизнь, счастье и...
— А если.. они никогда не отстанут: грусть будет тревожить все больше, больше?.. — спрашивала она.
— Что ж? примем ее как новую стихию жизни... Да нет, этого не бывает, не может быть у нас! Это не твоя грусть; это общий недуг человечества. На тебя брызнула одна капля... Все это страшно, когда человек отрывается от жизни... когда нет опоры. А у нас... Дай бог, чтоб эта грусть твоя была то, что я думаю, а не признак какой-нибудь болезни... то хуже. Вот горе, перед которым я упаду без защиты, без силы... А то, ужели туман, грусть, какие-то сомнения, вопросы могут лишить нас нашего блага, нашей...
Он не договорил, а она, как безумная, бросилась к нему в объятия и, как вакханка, в страстном забытьи замерла на мгновение, обвив ему шею руками.
"Обломов" (Гончаров И.А.)

"Обломов" (Гончаров И.А.)
Предположение, хотя легкое, шуточное, что она может быть несчастлива, неожиданно вызвало ее на откровенность.
— Не скучно мне и не может быть скучно: ты это знаешь и сам, конечно, не веришь своим словам; не больна я, а... мне грустно... бывает иногда... вот тебе — несносный человек, если от тебя нельзя спрятаться! Да, грустно, и я не знаю отчего!
Она положила ему голову на плечо.
— Вот что! Отчего же? — спросил он ее тихо, наклонившись к ней.
— Не знаю, — повторила она.
— Однако ж должна быть причина, если не во мне, не кругом тебя, так в тебе самой. Иногда такая грусть не что иное, как зародыш болезни... Здорова ли ты?
— Да, может быть, — серьезно сказала она, — это что-нибудь в этом роде, хотя я ничего не чувствую. Ты видишь, как я ем, гуляю, сплю, работаю. Вдруг как будто найдет на меня что-нибудь, какая-то хандра... мне жизнь покажется... как будто не все в ней есть... Да нет, ты не слушай: это все пустое.
— Говори, говори! — пристал он с живостью. — Ну, не все есть в жизни: что еще?
— Иногда я как будто боюсь, — продолжала она, — чтоб это не изменилось, не кончилось... не знаю сама! Или мучусь глупою мыслью: что ж будет еще?.. Что ж это счастье... вся жизнь... — говорила она все тише-тише, стыдясь этих вопросов, — все эти радости, горе... природа — шептала она, — все тянет меня куда-то еще; я делаюсь ничем недовольна... Боже мой! мне даже стыдно этих глупостей... это мечтательность... Ты не замечай, не смотри... — прибавила она умоляющим голосом, ласкаясь к нему. — Эта грусть скоро проходит, и мне опять станет так светло, весело, как вот опять стало теперь!
Она жалась к нему так робко и ласково, стыдясь в самом деле и как будто прося прощения «в глупостях».
Долго спрашивал ее муж, долго передавала она, как больная врачу, симптомы грусти, высказывала все глухие вопросы, рисовала ему смятение души и потом — как исчезал этот мираж — все, все, что могла припомнить, заметить.
Штольц молча опять пошел по аллее, склонив голову на грудь, погрузясь всей мыслью, с тревогой, с недоуменьем, в неясное признание жены.
Она заглядывала ему в глаза, но ничего не видела; и когда, в третий раз, они дошли до конца аллеи, она не дала ему обернуться и, в свою очередь, вывела его на лунный свет и вопросительно посмотрела ему в глаза.
— Что ты? — застенчиво спросила она. — Смеешься моим глупостям — да? Это очень глупо, эта грусть — не правда ли?
Он молчал.
— Что ж ты молчишь? — спросила она с нетерпением.
— Ты долго молчала, хотя, конечно, знала, что я давно замечал за тобой; дай же мне помолчать и подумать. Ты мне задала нелегкую задачу.
— Вот ты теперь станешь думать, а я буду мучиться, что ты выдумаешь один про себя. Напрасно я сказала! — прибавила она. — Лучше говори что-нибудь...
— Что ж я тебе скажу? — задумчиво говорил он. — Может быть, в тебе проговаривается еще нервическое расстройство: тогда доктор, а не я, решит, что с тобой. Надо завтра послать... Если же не то... — начал он и задумался.
— Что «если же не то», говори! — нетерпеливо пристала она.
Он шел, все думая.
— Да ну! — говорила она, тряся его за руку.
— Может быть, это избыток воображения: ты слишком жива... а может быть, ты созрела до той поры... — вполголоса докончил он почти про себя.
— Говори, пожалуйста, вслух, Андрей! Терпеть не могу, когда ты ворчишь про себя! — жаловалась она. — Я насказала ему глупостей, а он повесил голову и шепчет что-то под нос! Мне даже страшно с тобой, здесь, в темноте...
— Что сказать — я не знаю... «грусть находит, какие-то вопросы тревожат»: что из этого поймешь? Мы поговорим опять об этом и посмотрим: кажется, надо опять купаться в море...
— Ты сказал про себя: «Если же... может быть... созрела»: что у тебя за мысль была? — спрашивала она.
— Я думал... — говорил он медленно, задумчиво высказываясь и сам не доверяя своей мысли, как будто тоже стыдясь своей речи, — вот видишь ли... бывают минуты... то есть я хочу сказать, если это не признак какого-нибудь расстройства, если ты совершенно здорова, то, может быть, ты созрела, подошла к той поре, когда остановился рост жизни... когда загадок нет, она открылась вся...

Предлагаю вашему вниманию интересный взгляд на агрессию!
Дмитрий Сергеевич ❤️


https://youtu.be/aURghVW0uK0?si=venFa-7P7MPNi_Dz

#рождественский

— Ни у кого ясного, покойного взгляда, — продолжал Обломов, — все заражаются друг от друга какой-нибудь мучительной заботой, тоской, болезненно чего-то ищут. И добро бы истины, блага себе и другим — нет, они бледнеют от успеха товарища. У одного забота: завтра в присутственное место зайти, дело пятый год тянется, противная сторона одолевает, и он пять лет носит одну мысль в голове, одно желание: сбить с ног другого и на его падении выстроить здание своего благосостояния. Пять лет ходить, сидеть и вздыхать в приемной — вот идеал и цель жизни! Другой мучится, что осужден ходить каждый день на службу и сидеть до пяти часов, а тот вздыхает тяжко, что нет ему такой благодати...
— Ты философ, Илья! — сказал Штольц. — Все хлопочут, только тебе ничего не нужно!
— Вот этот желтый господин в очках, — продолжал Обломов, — пристал ко мне: читал ли я речь какого-то депутата, и глаза вытаращил на меня, когда я сказал, что не читаю газет. И пошел о Людовике-Филиппе, точно как будто он родной отец ему. Потом привязался, как я думаю: отчего французский посланник выехал из Рима? Как, всю жизнь обречь себя на ежедневное заряжанье всесветными новостями, кричать неделю, пока не выкричишься? Сегодня Мехмет-Али послал корабль в Константинополь, и он ломает себе голову: зачем? Завтра не удалось Дон-Карлосу — и он в ужасной тревоге. Там роют канал, тут отряд войска послали на Восток; батюшки, загорелось! лица нет, бежит, кричит, как будто на него самого войско идет. Рассуждают, соображают вкривь и вкось, а самим скучно — не занимает это их; сквозь эти крики виден непробудный сон! Это им постороннее; они не в своей шапке ходят. Дела-то своего нет, они и разбросались на все стороны, не направились ни на что. Под этой всеобъемлемостью кроется пустота, отсутствие симпатии ко всему! А избрать скромную, трудовую тропинку и идти по ней, прорывать глубокую колею — это скучно, незаметно; там всезнание не поможет и пыль в глаза пустить некому.
— Ну, мы с тобой не разбросались, Илья. Где же наша скромная, трудовая тропинка? — спросил Штольц.
Обломов вдруг смолк.
— Да вот я кончу только... план... — сказал он. — Да бог с ними! — с досадой прибавил потом. — Я их не трогаю, ничего не ищу; я только не вижу нормальной жизни в этом. Нет, это не жизнь, а искажение нормы, идеала жизни, который указала природа целью человеку...

"Обломов" (Гончаров И.А.)

#АудиоКнижныйКлуб

"Обломов" (Гончаров И.А.)

Однажды, возвратясь откуда-то поздно, он особенно восстал против этой суеты.
— Целые дни, — ворчал Обломов, надевая халат, — не снимаешь сапог: ноги так и зудят! Не нравится мне эта ваша петербургская жизнь! — продолжал он, ложась на диван.
— Какая же тебе нравится? — спросил Штольц.
— Не такая, как здесь.
— Что ж здесь именно так не понравилось?
— Все, вечная беготня взапуски, вечная игра дрянных страстишек, особенно жадности, перебиванья друг у друга дороги, сплетни, пересуды, щелчки друг другу, это оглядывание с ног до головы; послушаешь, о чем говорят, так голова закружился, одуреешь. Кажется, люди на взгляд такие умные, с таким достоинством на лице, только и слышишь: «Этому дали то, тот получил аренду». — «Помилуйте, за что?» — кричит кто-нибудь. «Этот проигрался вчера в клубе; тот берет триста тысяч!» Скука, скука, скука!.. Где же тут человек? Где его целость? Куда он скрылся, как разменялся на всякую мелочь?
— Что-нибудь да должно же занимать свет и общество, — сказал Штольц, — у всякого свои интересы. На то жизнь...
— Свет, общество! Ты, верно, нарочно, Андрей, посылаешь меня в этот свет и общество, чтоб отбить больше охоту быть там. Жизнь: хороша жизнь! Чего там искать? интересов ума, сердца? Ты посмотри, где центр, около которого вращается все это: нет его, нет ничего глубокого, задевающего за живое. Все это мертвецы, спящие люди, хуже меня, эти члены света и общества! Что водит их в жизни? Вот они не лежат, а снуют каждый день, как мухи, взад и вперед, а что толку? Войдешь в залу и не налюбуешься, как симметрически рассажены гости, как смирно и глубокомысленно сидят — за картами. Нечего сказать, славная задача жизни! Отличный пример для ищущего движения ума! Разве это не мертвецы? Разве не спят они всю жизнь сидя? Чем я виноватее их, лежа у себя дома и не заражая головы тройками и валетами?
— Это все старое, об этом тысячу раз говорили, — заметил Штольц. — Нет ли чего поновее?
— А наша лучшая молодежь, что она делает? Разве не спит, ходя, разъезжая по Невскому, танцуя? Ежедневная пустая перетасовка дней! А посмотри, с какою гордостью и неведомым достоинством, отталкивающим взглядом смотрят, кто не так одет, как они, не носят их имени и звания. И воображают несчастные, что еще они выше толпы: «Мы-де служим, где, кроме нас, никто не служит; мы в первом ряду кресел, мы на бале у князя N, куда только нас пускают»... А сойдутся между собой, перепьются и подерутся, точно дикие! Разве это живые, не спящие люди? Да не одна молодежь: посмотри на взрослых. Собираются, кормят друг друга, ни радушия.. ни доброты, ни взаимного влечения! Собираются на обед, на вечер, как в должность, без веселья, холодно, чтоб похвастать поваром, салоном, и потом под рукой осмеять, подставить ногу один другому. Третьего дня, за обедом, я не знал, куда смотреть, хоть под стол залезть, когда началось терзание репутаций отсутствующих: «Тот глуп, этот низок, другой вор, третий смешон» — настоящая травля! Говоря это, глядят друг на друга такими же глазами: «вот уйди только за дверь, и тебе то же будет»... Зачем же они сходятся, если они таковы? Зачем так крепко жмут друг другу руки? Ни искреннего смеха, ни проблеска симпатии! Стараются залучить громкий чин, имя. «У меня был такой-то, а я был у такого-то», — хвастают потом... Что ж это за жизнь? Я не хочу ее. Чему я там научусь, что извлеку?
— Знаешь что, Илья? — сказал Штольц. — Ты рассуждаешь, точно древний: в старых книгах вот так все писали. А впрочем, и то хорошо: по крайней мере, рассуждаешь, не спишь. Ну, что еще? Продолжай.
— Что продолжать-то? Ты посмотри: ни на ком здесь нет свежего, здорового лица...
— Климат такой, — перебил Штольц. — Вон и у тебя лицо измято, а ты и не бегаешь, все лежишь.

#АудиоКнижныйКлуб

Приглашаю на Кино-Интервизию по фильму Двухсотлетний человек!
24 октября в 16:30, онлайн.

На моих Кино-Интервизиях нет экспертов.
Из ингредиентов у нас есть:
один фильм,
процесс просмотра,
чувства во время просмотра,
вопросы,
и совместная встреча на 1,5-2 часа, что мы на ней приготовим - то и наше.

Фильм смотрим самостоятельно, как смотрим и как реагируем - запоминаем/записываем;
вопросы иногда совпадающие с другими (и в этом момент наблюдения основных тем), иногда внезапные индивидуальные (и в этом обогащение друг друга) записываем/запоминаем;
На встречу мы все это приносим и собираем (связываем) из этого одно совместное полотно. Или у нас получаются несколько блюд (интерпретаций). Процесс сотворения концепции, расшифровки символов, понимание замысла происходит вот прям здесь - мы все в это вкладываемся (занимаемся деланием). И встреча происходит живая и своя. «Это я сам (или совместно с другими понял) и создал этот смысл, а не мне рассказали". Прожить и обрести самому - в этом конечно есть некоторая фрустрация, потому что не расскажут и не вложат - нужно потрудиться сотворить и обрести. И в этом радость от проделанной работы.

1000 руб - стоимость участия.
Записаться можно личным сообщением.

Основной канал Кино-Интервизия Primus и есть привязанный чат, где мы можем выбирать фильмы для кино-интервизий Открытые Кино-Интервизии - добро пожаловать.

Читальный зал psy_primus pinned a photo

Осень

I
Октябрь уж наступил — уж роща отряхает
Последние листы с нагих своих ветвей;
Дохнул осенний хлад — дорога промерзает.
Журча еще бежит за мельницу ручей,
Но пруд уже застыл; сосед мой поспешает
В отъезжие поля с охотою своей,
И страждут озими от бешеной забавы,
И будит лай собак уснувшие дубравы.

II
Теперь моя пора: я не люблю весны;
Скучна мне оттепель; вонь, грязь — весной я болен;
Кровь бродит; чувства, ум тоскою стеснены.
Суровою зимой я более доволен,
Люблю ее снега; в присутствии луны
Как легкий бег саней с подругой быстр и волен,
Когда под соболем, согрета и свежа,
Она вам руку жмет, пылая и дрожа!

III
Как весело, обув железом острым ноги,
Скользить по зеркалу стоячих, ровных рек!
А зимних праздников блестящие тревоги?..
Но надо знать и честь; полгода снег да снег,
Ведь это наконец и жителю берлоги,
Медведю, надоест. Нельзя же целый век
Кататься нам в санях с Армидами младыми
Иль киснуть у печей за стеклами двойными.

IV
Ох, лето красное! любил бы я тебя,
Когда б не зной, да пыль, да комары, да мухи.
Ты, все душевные способности губя,
Нас мучишь; как поля, мы страждем от засухи;
Лишь как бы напоить, да освежить себя —
Иной в нас мысли нет, и жаль зимы старухи,
И, проводив ее блинами и вином,
Поминки ей творим мороженым и льдом.

V
Дни поздней осени бранят обыкновенно,
Но мне она мила, читатель дорогой,
Красою тихою, блистающей смиренно.
Так нелюбимое дитя в семье родной
К себе меня влечет. Сказать вам откровенно,
Из годовых времен я рад лишь ей одной,
В ней много доброго; любовник не тщеславный,
Я нечто в ней нашел мечтою своенравной.

VI
Как это объяснить? Мне нравится она,
Как, вероятно, вам чахоточная дева
Порою нравится. На смерть осуждена,
Бедняжка клонится без ропота, без гнева.
Улыбка на устах увянувших видна;
Могильной пропасти она не слышит зева;
Играет на лице еще багровый цвет.
Она жива еще сегодня, завтра нет.

VII
Унылая пора! очей очарованье!
Приятна мне твоя прощальная краса —
Люблю я пышное природы увяданье,
В багрец и в золото одетые леса,
В их сенях ветра шум и свежее дыханье,
И мглой волнистою покрыты небеса,
И редкий солнца луч, и первые морозы,
И отдаленные седой зимы угрозы.

VIII
И с каждой осенью я расцветаю вновь;
Здоровью моему полезен русской холод;
К привычкам бытия вновь чувствую любовь:
Чредой слетает сон, чредой находит голод;
Легко и радостно играет в сердце кровь,
Желания кипят — я снова счастлив, молод,
Я снова жизни полн — таков мой организм
(Извольте мне простить ненужный прозаизм).

IX
Ведут ко мне коня; в раздолии открытом,
Махая гривою, он всадника несет,
И звонко под его блистающим копытом
Звенит промерзлый дол и трескается лед.
Но гаснет краткий день, и в камельке забытом
Огонь опять горит — то яркий свет лиет,
То тлеет медленно — а я пред ним читаю
Иль думы долгие в душе моей питаю.

X
И забываю мир — и в сладкой тишине
Я сладко усыплен моим воображеньем,
И пробуждается поэзия во мне:
Душа стесняется лирическим волненьем,
Трепещет и звучит, и ищет, как во сне,
Излиться наконец свободным проявленьем —
И тут ко мне идет незримый рой гостей,
Знакомцы давние, плоды мечты моей.

XI
И мысли в голове волнуются в отваге,
И рифмы легкие навстречу им бегут,
И пальцы просятся к перу, перо к бумаге,
Минута — и стихи свободно потекут.
Так дремлет недвижим корабль в недвижной влаге,
Но чу! — матросы вдруг кидаются, ползут
Вверх, вниз — и паруса надулись, ветра полны;
Громада двинулась и рассекает волны.

XII
Плывет. Куда ж нам плыть?..

1833 г. А.С. Пушкин

https://youtu.be/nTEmVq2iCnk?si=mmYKs2tvJGShO5tG

Читать Достоевского - это конечно труд. И не только потому что предложения огромные и слог не легкий, но и потому что копает он глубоко. Читать медленно в группе - такая специфическая практика. Очень похоже на работу с анализантом в сеттинге раз в неделю. И не похоже одновременно. Все сказанное - важно. Контреперенос конечно появляется и развивается. Хочется узнать сюжет - но торопиться нам не стоит. Можно забыть вначале кто кому кто, упустить детали - вспомнит сосед. У каждого свое отношение к героям. И за своими внутренними реакциями интересно наблюдать (на поведение персонажей, на реакции чтецов в группе). Идет постепенный набор текста (событийного ряда) внутрь и характеры персонажей раскрываются постепенно.

Видео фрагмент - Татьяна Черниговская о чтении и Достоевском говорит.

1 ноября в 12:00 встретимся поговорить о Дориане Грее.

К встрече предлагаю прочитать роман Оскара Уайлда "Портрет Дориана Грея".
Как вариант - аудиокнига.
Также достаточным к встрече будет просмотр какой-то из экранизаций (есть советский вариант 1968 года с Юрием Яковлевым в роли лорда Генри или оскароносный фильм 1945 года, ну на крайний вариант почти еще свежую экранизацию 2009 года с Колином Фертом), чтобы иметь представление о сути происходящего в романе.

На встрече мы ждем ваши чувства, мысли, вопросы, амплификации, концепции.
Поварим историю Дориана Грея и включим ее в свой культурный пласт.

Онлайн, встреча продлится 1,5-2 часа (будет зависеть от процесса и количества участников).
Стоимость - 1000 руб. (Чтецам из Читального зала предусмотрен промокод).
Запись на встречу личным сообщением.

Юлия Босык, аналитически-ориентированнный психолог, обучение по программе МААП в Санкт Петербурге, 2025г.

В ноябре 3 года чату GPT...
Этой осенью в двух сообществах юнгианского направления заявлены конференции на тему Этики...
Использование искусственного интеллекта с точки зрения этики вызывает споры - это очевидно.
Так давайте встретимся и поговорим!

В октябре я приглашаю вас на Открытые Кино-Интервизии, поговорим о двух фильмах:
10 октября в 16:00 - фильм Превосходство,
24 октября в 16:30 - фильм Двухсотлетний человек (или, как вариант еще можно 23.10 в 17:00 - если будут озвученные пожелания)

Кино-Интервизия – это взгляд на фильм как на случай из практики. Фильмы смотрим самостоятельно, на встрече разговариваем, находим и «метаболизируем» смыслы.
Слушая сон клиента (как и многое, рассказанное «в прямом эфире» в кабинете), мы прислушиваемся и думаем: «как это соотносится с тем, что происходит сейчас в кабинете, или в жизни клиента, или отражалось в его жизни в прошлом?». Аналитик погружается в разыгрывание с клиентом, а потом осознает происходящее в анализе (например, придя на супервизию) или может уже что-то замечать в кабинете, во время сессии, - зависит от опыта практики.
А вот что пишет Джон Айзод о кино:
«Зритель включается в повествование и проживает сюжет, присоединяясь к кому-то из персонажей. Он как будто погружается в другую реальность, потому что полнота образов, показываемых на экране в течение всего фильма, завладевает вниманием зрителя и препятствует тому, чтобы зритель развивал свой собственный фантазийный материал. Но после того, как фильм закончился, активное воображение вступает в игру и разворачивает запомненные кинематографические образы, более полно.»

В группе Открытые Кино-Интервизии будут анонсы и выборы фильмов к просмотру.
На канале Кино-Интервизия Primus публикуются интервизированные фильмы.

Записаться можно личным сообщением. Стоимость 1000 руб.
Чтецам из Читального Зала конечно есть промокод ❤️