О ГИБЕЛИ БУЛАЧ-ХАНА, 1834 г.
(часть третья)

Возможно, Карахи, который не связывал убийство Булач-хана с решением «Совета алимов», был более близок к реальной картине событий. По Карахи к тому времени Булач-хан находился в селении Балахани. И когда имам Шамиль получил сообщение от Саида из Игали с «приговором» юному хану, он отправил в Балахани «двух человек для того, чтобы они бросили Булача в Большую реку» (Аварское Койсу).
Гаджи-Али подтверждал Карахи: «Имам приказал … привезти Булач-хана и бросить его в реку с моста между Унцукулем и Гимрами». 

Но был ли действительно отдан такой приказ?
И почему приговоренный к смерти был предан столь странной форме казни — быть сброшенным с моста, при том не какого-либо, а определенного — с моста между Унцукулем и Гимрами?
[напомню, Булач-хан к тому времени находился в с. Балахани, расположенном более чем в 20-ти км от того моста].

По преданиям жителей селения Моксох, узнав о том, что Булач-хана зачем-то ведут в Гимры, на его спасение бросился некий Алихан из с. Моксох (расположенного недалеко от с. Харачи), приверженец аварского ханского дома. По всей видимости, слишком поздно заметив преследование, сопровождавшие Булач-хана, которые находились почти уже у цели, на унцукульско-гимринском мосту, поспешно столкнули или сбросили его с моста в реку.

Это был деревянный мост с большим пролетом, традиционной консольно-балочной горской конструкции. Переброшенный между берегами Аварского Койсу, в окружении высоких обрывистых скал «Борхатал хаяби», он соединял земли унцукульцев и гимринцев. Горцы его называли «Мост шайтанов» — «ШайтIабазул кьо» (авар. яз.) из-за мрачного «Ущелья шайтанов» — «ШайтIабазул кIкIал» (авар. яз.), в котором оно находилось.
Русские называли его «Чертов мост», прямой калькой с аварского языка. Изображение этого ущелья и моста зарисовал в 1847 г. художник князь Г. Гагарин «Daghestan. Pont du Diable» («Дагестан. Мост Дьявола»).

По преданию, тех, кто сбросил Булач-хана с моста, Алихан настиг там же и убил. 
Возможно, юный хан Булач действительно был убит перед тем, как скинут с моста. Во всяком случае Алихан не бросился его спасать, а, расправившись с его убийцами, повернул назад и отправился в Харачи, откуда шла дорога в его селение.
Но вскоре следом за ним пришли люди имама и убили его. 

Булач-хан после Гоцатля находился в с. Харачи. Опасаясь, что сторонники ханской власти могут его здесь отбить или выкрасть, имам отправил Булач-хана в соседнее с. Балахани. В тот день по приказу имама его вели в Гимры, но успели дойти только до унцукульско-гимринского «Моста шайтанов». Здесь, на месте гибели юного хана, Алихан предал смерти его убийц — по свидетельству Гаджи-Али, в их числе находился гимринец Салихилав (тот самый, который совсем недавно казнил ханшу Баху, мать Булача).

Между тем, по рассказам гимринцев, Салихилав пережил Кавказскую войну. Таким образом, либо Алихан не всех убил на том мосту, либо Гаджи-Али ошибается, называя Салихилава в числе убийц Булач-хана. Возможно другое — Салихилаву удалось бежать с моста невредимым, что позволило ему быстро собрать людей и броситься вслед за Алиханом. По преданию, он настиг его уже в с. Харачи и убил там. 

Смерть Булач-хана носила скорее случайный характер и потому произошла в случайном месте — на мосту.

Возможно, слухи, витавшие в горах о том, что имам намерен «воспитывать Булач-хана в духе шариата» имели под собой некоторые основания. Но как только имаму стало известно, что русские в конце сентября готовятся к походу на Гергебиль и в ультимативной форме предварительно требовали у койсубулинцев выдачи Булач-хана, он поспешил забрать его из подвластного Унцукулю селения Балахани, по всей видимости — в с. Гимры.

Имам Шамиль крайне опасался возвращения Булач-хана в Хунзах, с которым было связано неизбежное восстановление ханской власти в Аварии. Сопровождавшие (конвоировавшие) Булач-хана в тот день знали об этом, и оказавшись в критической ситуации, приняли единственно верное, на их взгляд, решение - избавились от ребенка, столкнув его с моста.
Но был ли причастен к этому убийству имам Шамиль?