Ребёнок, которому причиняли боль, вырастает и может бессознательно передавать эту боль дальше. Не потому, что хочет стать похожим на родителя, а потому что именно так с ним обходились, именно такую модель близости он когда-то усвоил
Он не решил: «Теперь я буду таким же».
Бессознательный процесс задает динамику: знакомый способ отношений может оказаться единственным, который психика знает.
Пример:
Представим ребёнка, у которого был холодный, эмоционально недоступный отец. Он не особенно интересовался сыном или дочерью. Не спрашивал, что тот думает. Не спрашивал, что происходит в его жизни. Не интересовался чувствами, желаниями, друзьями, страхами.Ребёнок постепенно привыкает к мысли:
«Близость — это когда рядом физически. Но не тогда, когда один человек по-настоящему интересуется другим».
Уже во взрослом возрасте встречает людей, которые ему по-настоящему интересны.
Учителя. Тренеров. Наставников. Коллег. Старших товарищей. Людей, в которых видит авторитет, тепло, силу или что-то такое, к чему очень хочется приблизиться.
Но каждый раз, когда возникает возможность настоящего человеческого контакта, внутри словно включается знакомый запрет: «Не надо».
Можно заниматься вместе. Можно обсуждать работу. Можно приходить на занятия. Можно быть хорошим учеником, подчинённым, спортсменом, коллегой.
❗️Но нельзя спрашивать: «Как вы?» «Что вы думаете?» «А что происходит у вас?» «Можно я вам кое-что расскажу?» «Можно я побуду рядом не только в рамках нашей роли?»
И человек сам создаёт ту же дистанцию, которую когда-то создавал его отец.
Только теперь отдаляется уже он сам.
Психоаналитически здесь можно увидеть и идентификацию с агрессором: чтобы когда-то выдержать бессилие перед сильным взрослым, ребёнок присваивает его способ обращения — и позже уже сам занимает позицию того, кто сильнее, отвергает, унижает, контролирует или причиняет боль.
И самое трагичное в этом то, что человек может всю жизнь ненавидеть в других именно то, что сам теперь делает.
Это и есть повторение семейной истории.
Когда-то родитель не интересовался его внутренним миром.
Теперь он сам не интересуется внутренним миром другого.
Когда-то родитель не впускал его в близость.
Теперь он сам не позволяет себе к ней приблизиться.
При этом на сознательном уровне человек может очень хотеть отношений.
Он может говорить:
«Мне не хватает близости». «Почему я ни с кем не сближаюсь?» «Почему все мои отношения такие формальные?» «Почему я всегда держу дистанцию?»
Но бессознательно он может продолжать быть тем самым ребёнком, который однажды понял:
«Чтобы не быть отвергнутым, лучше вообще не подходить близко».
И в этом смысле месть родителю становится парадоксальной.
«Ты не смог быть со мной близко? Хорошо. Тогда я тоже никого к себе не подпущу».
Вместе с родительским поведением мы наследуем его способ строить отношения.
И тогда бывший ребёнок может всю жизнь ждать близости, одновременно делая всё, чтобы она не случилась.
Но выход начинается там, где появляется возможность увидеть:
«Не продолжаю ли я сейчас делать с кем-то то, что когда-то сделали со мной?»
#воспитание #сценарий #идентификация #отношения