Я не знаю, на основании какой предпосылки они постоянно заключают, что я описываю не что иное, как свой метод лечения. В данном случае это абсолютно не так. Я пишу о психологии. Поэтому я настоятельно подчеркиваю, что мой метод лечения состоит не в том, что я вызываю у пациентов странные фантазии, которым они должны предаваться, и тогда их личность изменяется, и не в подобной бессмыслице. Я просто констатирую, что есть случаи, когда имеет место развитие, не потому что я кого-то к этому принуждаю, а потому что это происходит по собственной внутренней необходимости. Для немалого числа моих пациентов эти вещи были и остаются книгой за семью печатями. Конечно, если бы у них вообще была возможность пойти этим путем, то он прискорбным образом оказался бы для них ложным, и я был бы первым, кто предохранил бы их от этого. Путь трансцендентной функции - индивидуальная судьба. Не надо, кроме того, ни при каких обстоятельствах полагать, будто такого рода путь тождествен психическому анахоретству, отчуждению от жизни и от мира
Совсем наоборот, такой путь даже в принципе возможен и успешен только тогда, когда различные мирские задачи, которые ставят перед собой такие индивидуумы, решаются в действительности. Фантазии - не эрзац жизнеощущения, но плоды духа, падающие на того, кто отдал жизни свою дань. А трус не будет переживать ничего, кроме гнилого страха, который не даст ему никакого понимания. Этот путь не познает и тот, кто нашел обратную дорогу к матери-церкви. В ее чертах, несомненно, заключено mysterium magnum. В ней он может вести осмысленную жизнь. И наконец, эта наука никогда не ляжет бременем и на обывателя: ведь он от века удовлетворяется малым — тем, что в пределах его досягаемости. Вот почему я прошу читателя понять, что я пишу о том, что имеет место, а не предлагаю методы лечения.
К. Г. Юнг «Психология бессознательного»
Юнг не предлагал метод — он описывал психику. Уточню, что делюсь сейчас лишь одним полюсом. Мне иногда видится, что юнгианский анализ стал брендом, конкурентной средой, борьбой за власть, нарциссической обёрткой и иногда — путеводной звездой в тумане популярной психологии, я напоминаю себе, как Юнг говорил об этом: он не создавал «метод лечения», он писал о том, что есть. Он наблюдал, фиксировал, думал. Это был путь исследователя.
В своём письме (откуда цитата выше) Юнг словно предвосхищал то, что будет происходить спустя столетие: анализ становится востребован, теряет ли он при этом глубину? Когда я вижу рилс: «Пройди тест: кто ты из архетипов — Мудрец, Герой, Шут?». Или заголовки вроде «7 архетипов, которые сделают тебя успешным», он становится методом, а не встречей с трансцендентной функцией.
Путь анализа — это не уклонение от мира, не комната с уютными фантазиями, где мы прячемся от страха. Это трудная дорога, на которой человек не фантазирует вместо жизни, а через образы и символы вступает с ней в прямой контакт. И только тот, кто «отдал жизни свою дань», кто живёт, ошибается, страдает, может пережить встречу с внутренним.
Можно ли сказать, что юнгианский подход переживает своеобразный «бум»? Он становится модным, цитируемым, визуально эстетичным. Это прекрасно — интерес рождает движение. Но с этим приходят и вопросы: а хочет ли психика быть проанализированной по тренду чьего-то нарциссизма? Хотел ли Юнг, чтобы его идея трансформации стала частью образовательных воронок и личных брендов? Где людям собирают визуал инстаграма по архетипу? (запрещен в рф, принадлежит Meta*). Возможно, ключ в том, что он и сам говорил: «Эта наука никогда не ляжет бременем на обывателя...»
Мне хочется верить, что юнгианская работа остаётся делом тех, кто чувствует зов. Кто может не просто «понять», а пойти. Такой анализ — не метод. Это встреча. Предлагаю помнить: Психика — не тренд. И судя по событиям коллективным, это мир, который мы всё ещё мало умеем читать, но на верном пути.
#РефлексивнаяПятница