Юнгианский факультатив

Друзья, хочу рассказать о проекте, которому скоро уже будет год! 9 ноября была проведена первая лекция в закрытом клубе аналитической психологии «юнгианцы». И вот уже четвертый сезон клуба подходит к концу. Позади 47 лекций по аналитической психологии. Для меня за этой цифрой стоят месяцы подготовки, чтения и размышлений, а еще наши встречи, ваши вопросы и обсуждения, которые помогают глубже раскрывать каждую тему.

Завтра на завершающей лекции сезона будем говорить об арт-методах в аналитическом процессе: рисунке, мандале, лепке, метафорических картах. Отдельно подробно рассмотрим юнгианскую песочную терапию: как создается композиция, какую роль играет аналитик и как можно осмыслять возникающие образы.

А впереди пятый сезон: 12 лекций, полностью посвященных сновидениям. Мы пройдем путь от биологических аспектов сна к психологическим и символическим, разберем подходы к толкованию и практику работы со сновидениями. Будем учиться замечать связи между образами сна, жизненной ситуацией человека и движением его внутреннего мира.

Вообще, «юнгианцы» для меня важный проект. Мне хочется, чтобы здесь можно было встречаться с аналитической психологией, задавать вопросы, сомневаться и постепенно находить собственное понимание. Без необходимости сразу во всем разобраться или прийти к единственно правильной мысли. В клубе можно двигаться в своем темпе. Возвращаться к любой лекции, пересматривать записи, перечитывать тексты. Иногда знакомая тема раскрывается иначе спустя несколько месяцев, когда появляется новый опыт или вопрос, которого прежде не было.

Спасибо каждому, кто участвует и участвовал в клубе. За вашу отзывчивость, внимание, вопросы и готовность размышлять. Благодаря вам это пространство живет, а изучение аналитической психологии становится общим процессом, в котором есть место разным взглядам и личным открытиям. Если вы читаете этот канал, расскажите о своем опыте в клубе.

Впереди еще много тем, встреч и возможностей углубить наше понимание психики. Я рада продолжать этот путь вместе с вами 🤩

🤩 Бот клуба

Друзья, на первую встречу моего музейного салона 17 октября осталось 4 места из 12.

Если у вас есть желание присоединиться, определиться можно до среды, 14 октября. В среду я сдам билеты на места, которые останутся свободными.

Приглашаю провести часть субботнего дня вместе, на пересечении искусства, истории культуры и аналитической психологии.

Сначала мы посетим выставку «Великая. Образ женщины в русском искусстве» в Русском музее с экскурсоводом. Затем немного прогуляемся и отправимся в кафе «Павлова», названное в честь русской балерины Анны Павловой. Это красивое место в историческом центре Петербурга, где за чашкой кофе мы продолжим наш разговор.

В центре обсуждения будет женский портрет: как художник видит женщину, что замечает в ней и какой образ оставляет нам. Поговорим об Илье Репине, его интересе к портрету и о том, как отношения с моделью отражаются на полотне.

Обратимся к судьбам трех женщин. Рассмотрим биографию Екатерины II и попробуем понять, какие вопросы ее история ставит перед нами сегодня. Поговорим об образовании, материнстве, привилегиях, утратах, общественном служении, власти и ее тени. О правах и ограничениях женщин своего времени, о возможности выбирать собственный путь и цене этого выбора.

Мне хочется, чтобы у нас было время внимательно рассмотреть увиденное и услышать друг друга. Иногда чужая ассоциация помогает заметить в картине то, мимо чего прежде проходил взгляд.

Я уже подготовила на планшете изображения некоторых произведений, чтобы мы могли вернуться к ним за столом, рассмотреть детали и поговорить о чувствах, которые они вызывают. Будем обращаться к символическому и ассоциативному мышлению, связывать исторический контекст с собственным восприятием.

Специальные знания не нужны. Достаточно интереса к искусству и желания смотреть, размышлять и разговаривать.

Для меня это важное начало нового проекта. Буду рада разделить его с вами.

💫17 октября, Санкт-Петербург
💫Сбор группы в Михайловском дворце в 10:15.
💫Экскурсия с 10:30 примерно до 12:00, затем прогулка и обсуждение в кафе.
💫Завершение встречи ориентировочно в 15:00.

Стоимость участия: 5000 рублей. В нее входят билет на выставку, экскурсия Русского музея и моя авторская встреча с обсуждением. Заказ в кафе оплачивается самостоятельно.

🤩 Подробности и регистрация:
stellagusarova.ru/museum_salons
Место фиксируется после оплаты.

очевидное иногда бывает неочевидно

У чувств есть цель

Иногда легче подстроиться под чужие ожидания, чем признаться себе, чего мы на самом деле хотим от жизни и отношений. Можно годами оставаться рядом с теми, кто причиняет боль, потому что привычная близость кажется безопаснее одиночества. Можно мечтать о любви, но отступать, когда другой человек действительно становится близким. Почему так трудно понять, кто вы и чего хотите, если ваши желания сталкиваются с ожиданиями окружающих? И что изменится в отношениях, когда вы начнёте выбирать не только то, что от вас ждут, но и то, что действительно подходит вам?

Мне кажется важным рассматривать чувства через их направленность. Под чувствами здесь я имею в виду эмоциональные переживания. Слово цель обозначает функцию: что переживание побуждает нас делать, какие отношения помогает сохранять, от чего защищает.

В общей психологии, эмоция рассматривается как процесс, который организует восприятие, мышление и поведение. Страх повышает чувствительность к опасности, интерес направляет исследование, гнев мобилизует силы для сопротивления. Эмоция меняет значимость происходящего.

Однако функция эмоции еще не определяет конкретного поступка. Гнев можно выразить отказом, разговором, нападением или направить против себя. При изучении чувств особенно важно различать эмоциональное состояние, побуждение и действие: между ними существует связь, но она не делает поведение неизбежным.

Здесь возникает вопрос, существенный для аналитической психологии: почему именно это событие приобрело для человека такую значимость?

Возможно ответ в наших комплексах? Юнг описывал комплексы как эмоционально заряженные образования, обладающие относительной автономией. Вокруг значимой темы соединяются воспоминания, образы, представления о себе и другом. Когда комплекс активируется, он может влиять на восприятие и поведение сильнее, чем наши сознательные намерения. Если соединить то, можно сказать: эмоция сообщает происходящему непосредственную значимость, а комплекс участвует в том, какой именно смысл событие получает в нашей внутренней жизни.

В этом и состоит одна из сложностей работы с комплексами. Внутри эмоционального переживания прежний порядок отношений может ощущаться единственно возможным. Человек уже способен жить иначе, но сама возможность другого поведения вызывает тревогу, вину или стыд. Новое решение затрагивает его представление о том, каким нужно быть, чтобы оставаться любимым.

Поэтому интеллектуальное понимание не всегда сразу меняет эмоциональную жизнь. Изменение требует опыта, в котором собственное желание постепенно становится совместимым с отношениями, а различие перестает автоматически означать потерю любви.

При этом переживание нуждается в соотнесении с действительностью. Сильный страх может отвечать реальной опасности, злость реальному насилию. Обращение к комплексу требует внимательного рассмотрения и внешней ситуации, и личной истории. Само чувство достоверно как переживание; его объяснение происходящего остается предметом исследования.

У чувств есть направленность. Но она может расходиться с тем направлением, которое мы хотим придать своей жизни. Услышать чувство значит понять, какую задачу оно выполняет и какой ценой.

Секрет работы с чувствами в том, что внутренняя свобода растет вместе со способностью переживать чувство, сохраняя право исследовать его смысл и принимать собственное решение.

О чем мы горюем

Эти строки нашли меня после прогулки по улицам Питера. Мы с друзьями вспоминали детство, деревню, желтых цыплят, запах старого деревенского дома и почти забытое многими слово сени. Я вдруг очень ясно увидела себя маленькой, в деревне у прабабушки. В тех самых сенях я брала в руки желтых цыплят и гладила их. Память вернула мне запах, свет, тепло, устройство дома и особую медленность времени.

И я подумала, что это тоже может быть частью горя. Не острого и разрушительного, а тихого горя по оставленному. По месту, которого, возможно, уже нет. По людям, к которым невозможно вернуться. Но воспоминание одновременно становится способом сохранить утраченное. То, чего больше нет снаружи, продолжает существовать внутри. Возможно, в этом и состоит одна из важнейших задач горевания: не уничтожить связь, а изменить ее форму.

Для горя не всегда нужны похороны. Иногда умирает привычная форма жизни: дом, в который невозможно вернуться; город, оставшийся на прежнем месте, но ставший другим; отношения; чувство безопасности; представление о будущем. Иногда мы оплакиваем себя прежних, тех, кто еще не знал того, что теперь невозможно забыть.

Горе начинается там, где мы пытаемся сохранить неизменным то, что уже изменилось. Сознание может повторять, что нужно собраться, принять реальность и жить дальше. Но душевная жизнь не подчиняется усилиям эго. Она возвращает нас к утрате через усталость, раздражение, бессонницу, внезапные слезы, оцепенение или потребность бесконечно занимать себя делами. Не за каждым таким состоянием стоит горе, но иногда именно неоплаканная потеря продолжает жить в нас.

Поэтому первая работа горя заключается в назывании. Не просто мне плохо, а я потерял. Человека. Дом. Отношения. Доверие. Чувство защищенности. Возможное будущее. Часть собственной идентичности. Только та утрата, у которой появилось имя, может быть оплакана.

Горе нелинейно. Оно может отступить, а затем вернуться из случайной песни, знакомого запаха, фотографии, разговора или давно не произносимого слова. Это не означает, что человек снова оказался в начале пути. Просто психика движется не по прямой. Иногда она возвращается к одному и тому же месту несколько раз, каждый раз забирая оттуда еще одну часть себя.

Бердяев писал, что личность раскрывается не в покое и завершенности, а в творческом преодолении данности. Но утрата не всегда оставляет нам силы для преодоления. Это не капитуляция перед болью, а отказ требовать от себя невозможного. Только после такого признания может начаться не возвращение к прошлому, а поиск новой формы существования.

В горе поднимается злость на тех, кто продолжает жить. Зависть к чужой беззаботности. Вина, обида, бессилие, иногда облегчение, в котором стыдно признаться. Эти чувства не делают человека плохим. Они показывают масштаб связи с утраченным. Целостность, как писал Юнг, предполагает способность выдерживать разные стороны человеческой души, не объявляя одни из них недопустимыми.

Работа горя не требует забыть или разорвать связь. Она требует найти для нее новое место. Одна из самых трудных частей этого пути заключается в возвращении психической энергии к жизни. Иногда кажется, что снова радоваться, любить, строить планы или просто спокойно прожить день означает предать утраченное. Но жить дальше не значит забыть. Можно хранить связь и при этом перестать разрушаться об ее отсутствие.

Возможно, сейчас многие из нас горюют, хотя не называют свое состояние горем. Слишком многое изменилось быстрее, чем психика успела это осмыслить. У каждого своя утрата, но почти всем знакомо ощущение, что прежнего мира больше нет, а новый еще не обрел очертаний. Не всякую потерю можно исправить. Не всякое страдание обязано стать даром или обрести возвышенный смысл. Но утрату можно назвать, оплакать и дать ей место в своей истории. И тогда она постепенно перестает быть безымянной силой, управляющей настоящим.

Возвращение происходит не в прежнюю жизнь. Оно происходит в свою.

п.с на фото я, в той самой деревне

Мои книги на осень и зиму

Я читаю книги довольно парадоксальным способом: несколько одновременно. Рядом могут лежать художественный роман, профессиональная литература, сборник по аналитической психологии и книга по истории искусства. Я перехожу от одной к другой в зависимости от того, какая часть меня в этот момент готова читать.

Когда-то мне казалось, что книгу нужно обязательно прочитать последовательно, от первой страницы до последней, и только потом открывать следующую. Но для меня этот способ не работает. Чтобы усваивать необходимый объем материала, мне важно чередовать языки и оптики. После сложного профессионального текста перейти к художественному образу, затем вернуться к теории уже с несколько иным внутренним состоянием.

Я никак не оцениваю эту особенность: не считаю ее ни правильной, ни неправильной. Это просто мой способ читать.

В расписании у меня есть отдельное время для чтения. Определенные часы и место, где я сознательно создаю для него пространство. Иногда читаю на ходу, когда не успеваю иначе. Иногда могу не открыть книгу целый месяц. Все происходит поступательно, в меру и без идеи фикс. У меня нет задачи прочитать сто книг за год или превратить чтение в еще один способ измерять собственную продуктивность. Некоторым текстам нужно время, чтобы быть не только прочитанными, но и внутренне прожитыми. Иногда одна глава остается со мной дольше, чем целая книга.

Мой осенне-зимний список:

🟫Екатерина Айгон. Дом вдали от дома. Художники-эмигранты из Российской империи в Стамбуле
🟫Гузель Яхина. Зулейха открывает глаза
🟫Евгений Водолазкин. Лавр
🟫Максим Горький. На дне
🟫Александр Блок. Двенадцать
🟫Барбара Салливан. Таинство аналитической работы. Переплетение идей Юнга и Биона
🟫Признаки бессмертия. Юнгианский взгляд на горевание, погребальные ритуалы и царство мертвых, под редакцией Элизабет Бродерсен
🟫О пламенеющем возвышенном. Различия и сходства между Юнгом и Лаканом, под редакцией Энн Кейзмент, Фила Госса и Дэни Нобуса
🟫Джеймс Хиллман. О меланхолии и депрессии
Энтони Стивенс, Джон Прайс.
🟫Лжепророки и безумие
Массимо Рекалькати. Клиника пустоты. Анорексия, зависимость, психоз
🟫Барбара Ханна. Архетипический символизм животных

Получилась полка, на которой встречаются эмиграция и дом, горе и бессмертие, безумие и пустота, животный символизм, меланхолия, аналитическая работа и художественные истории о человеке, оказавшемся на границе прежней жизни. Посмотрим, куда приведет меня это чтение к весне.

А что вы читаете этой осенью/зимой? В прошлом году мы уже сверялись книжными списками, и мне очень понравилось находить в ваших рекомендациях то, что прежде не попадало в поле моего внимания. Давайте повторим.