Ощущаю себя как будто попала в пилотную серию Gossip Girl: «Serena van der Woodsen is back». Только я не Серена, а Полина, и вернулась не на Верхний Ист-Сайд, а в Нойкельн. 

В четверг был выходной, я решила заглянуть в новую кафешку на районе с бейглами. Сижу себе на солнышке, никого не трогаю, диву даюсь, как я могла купить квартиру в этом районе... Как вдруг за соседний столик садится моя бывшая подружка. Мы много раньше общались, тусовались вместе, но потом что-то пошло не так. В лучших традициях дешёвой драматургии, 14 февраля я получила восьмиминутное аудио с рассказом о том, что мы больше не дружим, потому что я не написала ей, когда приехала в Берлин. 

Подружка эта была частью нашей party gang, поэтому я живо представила, как чатики оживились новостями о том, что Полина в городе. Спустя несколько часов я встретила на улице другого бывшего друга, из этой же тусовки. Но с ним мы уже несколько лет, как не общаемся, а разрыв тоже был драматичным (think вы едете вместе на выходные в Марсель, а он устраивает в соседней спальне гей-оргию со всеми вытекающими). 

И пару слово о районе Нойкельн... У меня просто ужасные впечатления. Район всегда был своеобразным, но сейчас стало кратно грязнее — буквально дохлые голуби валяются на улицах. Рассказала об этом папе, а он только подкалывает: «Да что ты, дочка! Это же модный, богемный район! Ты просто ничего не понимаешь!»

А я, видимо, действительно вошла в возраст, когда я ничего не понимаю. Кроме того, что берлинская эра остаётся только в воспоминаниях; ничего из этого мира мне больше не мило, не интересно, а даже вызывает какую-то брезгливость.