Специально для Кремлёвского БезБашенника. «Современное полюдье»

Есть ощущение, что из всех госмашин в России лучше всего научилась работать та, которая собирает деньги. Производительность труда буксует, технологический рывок постоянно откладывается, с экономическим ростом всё сложно, а вот налоговая инфраструктура развивается быстро и вполне последовательно.

Муссируются слухи, что ФНС одномоментно ликвидировала больше 20 тыс юрлиц, в том числе технички крупных площадок бумажного НДС. Теперь по цепочкам могут пойти требования, разрывы и вызовы покупателей, которые ещё вчера считали подобные схемы обычной частью бизнеса. Важнее здесь даже не конкретная цифра, а то, как изменилась сама налоговая. АСК НДС сопоставляет счета-фактуры по цепочке и автоматически показывает разрывы, поэтому старый обнал становится не столько опасным, сколько технически всё более сложным.

На это же указывают и сборы. За 2025 год через ФНС в бюджетную систему поступило 61,2 трлн рублей, причём государство всё сильнее опирается именно на внутренние ненефтегазовые доходы. Отсюда повышение НДС, снижение порога для бизнеса на УСН и постепенное расширение круга тех, кто этот налог должен платить. Когда нефтегазовые поступления уже не дают прежнего ощущения бесконечной подушки, каждый рубль внутри страны становится гораздо интереснее. И налоговая система перестраивается именно под эту реальность.

Тут есть забавная историческая рифма. Александр Прохоров в «Русской модели управления» вспоминает полюдье: князь с дружиной ездил по подконтрольным землям и физически собирал то, что полагалось власти. Возможности государства во многом заканчивались там, куда не могла добраться дружина, а попытка князя Игоря второй раз взять дань с древлян, как известно, закончилась для него совсем плохо. Прошла тысяча лет, но принцип узнаваем: власть по-прежнему особенно сильна там, где способна увидеть и забрать причитающийся ей ресурс.

Только современная дружина никуда не едет. Вместо неё работают АСК НДС, онлайн-кассы, банковские данные, СБП, маркировка и десятки связанных между собой государственных информационных систем. С 1 сентября к этому контуру добавляется ещё и цифровой рубль, который постепенно выходит из экспериментального режима в массовое использование. Для обычного человека он пока остаётся добровольным, но для государства гораздо интереснее его способность делать движение денег полностью прослеживаемым.

Особенно это заметно на государственных расходах. Цифровой рубль можно связать со смарт-контрактом и заранее задать условия, при которых деньги уйдут дальше: например, после поставки товара или выполнения этапа строительства. Для бюджета это почти идеальная конструкция, потому что она резко сокращает пространство между выделенными деньгами и тем, на что они в итоге были потрачены. Меньше посредников, меньше ручного контроля, меньше возможностей растворить часть суммы по дороге. Но ровно та же технология, которая помогает контролировать бюджет, технически позволяет гораздо подробнее контролировать и оборот денег вообще.

Современное полюдье в итоге оказалось куда эффективнее древнего. Князю больше не надо ехать по городам и весям, дружине не надо выбивать дань, а налоговому инспектору всё реже нужно лично искать нужную бумагу. Сборщик теперь встроен в саму инфраструктуру экономики, и избежать встречи с ним становится всё сложнее. Государство научилось видеть деньги. А когда оно видит практически каждый рубль, вопрос о том, сможет ли оно его собрать, постепенно превращается из политического в чисто технический.

@politnext