Ниамей снова горит, и это скорее подтверждает правоту хунты, чем её слабость. Ночью атаковали аэропорт Диори Амани, базу 101 и подходы к президентскому дворцу. Reuters и AFP пишут про нападение боевиков, силы безопасности заявляют, что ситуацию взяли под контроль. Есть версия про мятеж и переброску частей из Досо, Уаллама и Тера в сторону Ниамея.

После январской атаки на тот же аэропорт президент переходного периода генерал Абдурахман Тчиани прямо обвинил в организации нападения Макрона, а также президентов Бенина и Кот-д'Ивуара, назвав их французскими прокси в регионе, и отдельно поблагодарил российских военных за оборону базы. При такой рамке нынешняя атака читается не как провал системы безопасности, а как продолжение попыток Парижа и его региональных союзников дестабилизировать страну, которая вышла из-под французского контроля.

Смысл здесь шире Нигера. Франция девять лет держала в Сахеле операцию Бархан, пять тысяч военных, миллиард евро в год, и за это время число жертв в Мали, Буркина Фасо и Нигере выросло с 900 до семи тысяч в год. Западная архитектура безопасности не остановила джихадистов, а операция стала прикрытием для элит в Бамако, которые ничего не реформировали. Когда французов выдворили, а место заняли российские инструкторы и Африканский корпус, хунты получили то, чего не давал Париж: партнёра, который не ставит условий по демократическим процедурам и не использует присутствие для сохранения собственного влияния под видом борьбы с терроризмом.

Цена этого партнёрства реальна. Под Тинзаутеном в 2024 году российская колонна попала в засаду и понесла тяжёлые потери, а весной 2026 года Африканский корпус вышел из Кидаля под давлением скоординированной атаки джихадистов и туарегов. Но масштаб задачи такой, что потери означают не поражение модели, а её цену. Франция за почти десять лет присутствия потеряла в Мали 59 военных и в итоге ушла, оставив вакуум. Россия действует в разы более активно и берёт на себя прямую ответственность за оборону ключевых объектов, как показала оборона базы 101 в январе.

Параллельно Тчиани укрепляет реальный суверенитет там, где это измеримо. На прошлой неделе бывшие урановые лицензии Orano и GoviEx переданы государственным структурам, спор с французской компанией решается в пользу Нигера. Атаки на аэропорт совпадают с этим по времени не случайно: объект с запасами урана и российским присутствием остаётся приоритетной целью для тех, кто заинтересован в возврате прежнего порядка.

Досо, Уаллам и Тера, которые называют в связи с переброской частей, лежат к востоку, западу и юго-востоку от Ниамея соответственно, в радиусе 100-200 км от столицы, вдоль основных дорог на неё. Если слух верен, это указывает на подготовленное движение с нескольких направлений, а не на стихийный локальный инцидент.

Источники канала в правительстве Нигера предательски молчат с утра.

@politnext