На днях наткнулась на пару дискуссий на тему мотивации и трагической предыстории злодея. Люди устали от обилия грустных злодеев, которые зло потому и творят, что жизнь их не баловала. И вообще, в жизни всяким мерзавцам и сволочам абсолютно не нужна психологическая травма, чтобы сволочиться.

Мне грустные предыстории тоже не нравятся, но по другой причине. Сведение мотивации к травме обесценивает все происходящее в произведении. И все схемы злодея, и все жертвы, и какая-то смысловая подоплека выбрасываются из окна, когда на арену выходит "ну у него же травма".

При этом, логика "в реальной жизни сволочи сволочатся просто потому что могут, поэтому и вымышленным злодеям грустная предыстория не нужна" тоже не совсем верна. Потому что те злодеи, которым выдают красивые травмы, - это не повседневные сволочи, это натуральные такие суперзлодеи. Если в сюжете есть обычная сволочь, то у этой сволочи не будет предыстории.

У Волдеморта есть грустная предыстория, но у Амбридж ее нет. Вопрос как дошел до такой жизни Саруман автор рассматривает, но мотивация Гримы ему не интересна. Как Реджина Джордж или Хэзер Чендлер пришли к идее травить одноклассниц зрителю не объясняют.

Когда злодей это некто фантазийный, нереальный и крутой, травмы у него будут. Но если злодей реалистичная сволочь, то травм ему не положено. Вот и получается, что серийного убийцу или террориста оправдывают, а условный школьный хулиган или вредная соседка становится концентратором ненависти.

Я уже говорила о делении злодеев на крутых и жалких, и, мне кажется, эти явления связаны. Чем круче злодей, тем выше вероятность грустной предыстории и игры в пожалейку. Не знаю как у кого, но у меня складывается впечатление, что это форма преклонения перед силой - сильного и крутого персонажа нужно оправдать любыми средствами.

#мнение@plotline5
#модное@plotline5