Удар иноагентством по Телеграму: бей своих, чтобы чужие боялись

Сейчас время пока Brief оборвался на полуслове при назывании иноагентов недели, а Незыгарь продолжает публиковать посты из отложки. Оба имеют сегодня на все право, уже завтра у них каждая публикация должна будет сопровождаться уродской плашкой, которой остроумные люди придумали точное, но нецензурное название.

Не знаю, кто принимал решение по признанию иноагентами телеграм-каналов Незыгарь и BRIEF, но оно выглядит (тут сложно подобрать слова) поспешным (неточное слово, но какое-то надо было написать). То ли удар из одной башни в другую, то ли месть за то, что никто не заметил, то ли наказание за потерю контроля. Тут пусть конспирологи разбираются, задавайте вопросы на стримах другого иноагента профессора Соловья, он, наверняка, будет в курсе.

Но главное прикладное последствие для тех, кто в рынке – это дезориентированность и деструктуризация федерального Телеграм. Каналы эти останутся, но вот в их восприятии со стороны других участников рынка, а, главное, пиарщиков федеральных госструктур, корпораций и особенно региональных администраций поменяется очень многое.

Как выглядела картина Телеграм-мира для пиарщика из администрации какого-нибудь города или региона?

Вверху пирамиды Незыгарь и Brief, если там появилась публикация, значит, это одобрено начальниками, это допустимое, это про влияние. Точно увидят – в АП, в мониторинги попадет, конкуренты и враги локти кусать будут. Если критика губернатора тиражируется, значит, на него реально агрятся, если тема поднимается, значит, она актуальна и в разрешенной повестке сейчас.

Лично мне завистливо писали знакомые пиарщики корпораций и госструктур: «О! Твой текст репостнули в Незыгарь!» или «О! Из твоего текста 5 подряд выжимок опубликовал Brief, неужели кто-то проплатил столько упоминаний? Ведь это деньги на ветер, одного вполне достаточно».

Остальные федеральные каналы с очень большим количеством подписчиков и лоялистские воспринимались как бы этажом ниже. Туда тоже хотели попасть, но в рамках информационной кампании попроще.

На среднем этаже ниже были различные телеграм-сетки. Они разные: какие-то объединены общими владельцами, а другие только взаимными уважением и репостами. Там, кстати, настоящая жизнь происходит, там рождается повестка и смыслы, это главное русскоязычное дискурсивное поле.

Нижние этажи – это региональные каналы, такие Телеграм-трущобы: где-то скучно, а кое-где вообще карнавал какой-то нонстопом происходит из года в год, где-то раз-два и обчелся каналов и то в СИЗО посадили одну из телеграм-блогеров, а где-то табличка с названиями каналов в растягивает на 100 и более строчек. И если из этого гумуса публикация прорывалась в Незыгарь, то было счастье.

Я помню свой первый репост в Незыгарь. Я путешествовал по Хакасии, был в Долине царей. Утром выложил текст про национальные отношения в России. Забрался на курган, и у меня поймала связь, а там под публикацией взрыв комментов. Открываю стату, и вот он Незыгарь, царь-канал. Жене тогда объяснял в машине, что Незыгарь в Телеграме как Первый канал на ТВ. Со всеми минусами и безусловными плюсами.

Так вот Первый и Второй каналы российского телеграмного мира признали иноагентами. А куда смотреть-то теперь? Их упоминать или репостить теперь вообще можно, или это рекламой иноагентов будет считаться? Где новые ориентиры, метки, фарватеры? Думаю, что в их поисках много времени проведут, например, политтехнологи на финальной стадии региональных предвыборных кампаний ЕДГ 2024. Они как раз должны будут нащупать новую структуризацию российского телеграм-рынка. Если только иноагентство Незыгаря и BRIEFа не является провозвестником более серьезных властных перипетий. Как, например, замедленение Ютуб. Ох, уж эти стаи черных лебедей, никак не можем к ним привыкнуть!