Юанизация БРИКС: кто "за", а кто "против"

Юанизация внутри БРИКС развивается не как единый проект, а как набор прагматичных, иногда противоречивых стратегий, отражающих баланс интересов между Китаем и остальными участниками блока.

БРИКС сегодня выступает одним из главных драйверов роста роли юаня в мировой торговле. На долю объединения приходится около 37–45% мирового ВВП и более половины населения планеты. Почти половина расчетов внутри блока уже ведётся в национальных валютах, включая юань, что снижает зависимость от доллара без формального отказа от него.

На саммите БРИКС 2025 года в Рио-де-Жанейро акцент был сделан на расширении использования местных валют и пересмотре механизма Contingent Reserve Arrangement. При этом прямых заявлений о дедолларизации сознательно избегали — внутри блока сохраняются серьезные разногласия по вопросу роли Китая и его валюты.

🔼Россия является главным сторонником юанизации. Около 95% торговли с Китаем уже осуществляется в рублях и юанях. Москва рассматривает юань как ключевой инструмент обхода санкций, развивает расчеты вне SWIFT и планирует размещение облигаций в юанях для покрытия бюджетного дефицита. Для России юанизация — это не теория, а рабочая финансовая инфраструктура.

🔽Индия, напротив, относится к юанизации крайне осторожно. Дели воспринимает усиление роли юаня как риск китайского доминирования и последовательно отвергает идеи единой валюты БРИКС. Индия участвует в расчетах в национальных валютах, но делает ставку на диверсификацию, а не на замену доллара юанем.

❓ Бразилия занимает промежуточную позицию. Страна поддерживает торговлю в локальных валютах, прежде всего с Китаем, чтобы снизить валютные риски. Через Новый банк развития БРИКС Бразилия продвигает кредитование без жесткой долларовой привязки, рассматривая юань как инструмент, но не как якорь системы.

🔼Южно-Африканская Республика уже использует юань на практике — в том числе через кредиты Китая на инфраструктурные и энергетические проекты. ЮАР поддерживает расчеты в юанях в рамках NDB и через общеафриканские платежные механизмы, воспринимая юань как источник долгосрочного финансирования.

🔼Китай остается главным бенефициаром и архитектором процесса. Через инициативу «Один пояс — один путь» Пекин последовательно расширяет сферу применения юаня. Доля юаня во внешней торговле Китая выросла до почти половины, а в расчетах с Россией приблизилась к 90%. Платежная система CIPS уже охватывает тысячи банков по всему миру и стала реальной альтернативой долларовой инфраструктуре.

🔼Новые участники и партнеры БРИКС — Египет, Эфиопия, Иран, Объединённые Арабские Эмираты и Индонезия — используют юань сугубо утилитарно. Для одних это способ обойти дефицит долларов, для других — инструмент реструктуризации долгов или финансирования развития без условий МВФ и Запада.

В итоге, юанизация в БРИКС — это не коллективный отказ от доллара и не заговор против мировой финансовой системы. Это асимметричный процесс, где Китай расширяет влияние своей валюты, Россия активно поддерживает этот курс, а остальные участники стараются встроиться в новую архитектуру, не меняя одного доминирования на другое.