Интервью Сергея Лаврова и его заявления по "духу Анкориджа" показательны тем, что глава МИДа открыто заявляет об отказе администрации Трампа следовать даже собственным предложениям (на которые Россия согласилась), выдвинутым во время прошлогоднего саммита на Аляске. Получается вопрос, адресованный в Вашингтон: как же так, мы же обо всём договорились? Почему США пересматривают собственные условия? Но удивляться здесь особо нечему, потому что этого и следовало ожидать.

Вся история отношений нашей страны с Соединёнными Штатами после начала холодной войны показывает, что для достижения приемлемого результата им сначала надо сделать больно или продемонстрировать возможность нанести существенный ущерб их национальной безопасности. Если же заходить с предложениями "масштабного взаимовыгодного сотрудничества и компромисса", то ничего хорошего не выйдет.

Англосаксонская политическая этика строится на взаимном балансе сил и угроз, но уж никак не на модели компромиссов (хотя принято считать по-другому). Любая уступка оппонента трактуется в её рамках как слабость и предлог для окончательного добивания противной стороны (что, в общем-то, и произошло после Анкориджа). Для того, чтобы добиться с США результата, необходимо убедительно показать, что ущерб потерпят именно они.

Как именно это сделать? На самом деле вариантов не так уж и много, а большинство из них относятся к стратегической сфере: гонка ядерных вооружений, вывод ядерного оружия в космос, испытания на Новой Земле и даже боевое применение ТЯО на фронте или по целям в Восточной Европе (последнее - крайняя мера).

В экономическом и финансовом плане Америке сделать что-то сложно, в области конвенциональных вооружений силы не равны (если рассматривать весь потенциал НАТО как противника). Остаётся обратиться к той области, где у России есть преимущество. Ну, или можно не делать ничего и плыть по течению "хирургически" проводимой СВО.

***
Больше аналитики и новостей международных отношений - на нашем закрытом канале.