Юность безосновательно считается порой любви, и если в этом и есть резон, то только потому, что у взрослых всё совсем скверно.

Средний школяр необаятелен, ничего не умеет, не знает и не видел, и Дафнис из него никакой. Поэтому девять из десяти юношей уныло маются, и блеснуть удаётся разве что одному хулигану по епархии "ночью въехал на мотоцикле с гитарой на крышу дома культуры".

Остальное внушено американским пирогом или ещё менее правдоподобной архаикой - ах, Кюхельбекер неуклюжий с младою нимфой льёт лафит.