Если три вышеперечисленных автора ищут основы тождества личности, то совсем иначе смотрит на проблему Дерек Парфит. Его тезис:
тождество личности — вовсе не то, что имеет значение.«Наше тождество во времени состоит просто в (a) отношении R с правильного рода причиной, при условии (b) что это отношение не принимает "ветвящейся" формы, не удерживаясь между одной личностью и двумя различными будущими людьми» (Derek Parfit, "The Unimportance of Identity").
То есть важна не идентичность «я» как таковая, а отношение R как психологическая связанность и непрерывность между более ранними и более поздними состояниями человека. Также важно условие, что отношение R не «раздваивается» между двумя разными людьми в будущем. Парфит приводит известные мысленным экспериментами — с делением личности, телепортацией тела, постепенной заменой нейронов. Один из них таков:
«Предположим, однако, что хирурги способны соединить мой мозг с нервами тела моего двойника. Человек, получившийся в результате этой операции, не испытывал бы никакого паралича и был бы совершенно здоров. Кем был бы этот человек?
Может показаться, что здесь обнаруживается противоречие между Физическим и Психологическим критериями личностной идентичности. Хотя получившийся человек будет психологически непрерывен со мной, он не будет обладать моим телом в полном объёме. Однако, как я уже утверждал, физический критерий не должен требовать сохранения всего моего тела». Parfit, D. Reasons and Persons.
Главный смысл в том, что реализовать такую оптику, в которой наша интуитивная уверенность в «одном и том же я» рассыпается, как только мы начинаем варьировать физические и психологические параметры. Парфит связывает продолжение существования человека не с телом целиком, а с сохранением психологической непрерывности. Даже если для этого приходится буквально пересадить мозг в чужое тело, то я всё равно буду собой:
«Когда мой мозг пересаживают в чьё-то чужое тело, может показаться, что здесь я выступаю умершим донором. Но в действительности я по-прежнему остаюсь реципиентом и выжившим. Получить новый череп и новое тело — это лишь предельный случай получения нового сердца, новых лёгких, новых рук и так далее». Parfit, D. Reasons and Persons.
Парфит следует за Уильямом Джеймсом, для которого «Я» — это форма психологической связанности, конституируемая самостью. Но также есть и различие: джеймсовская апроприация не просто связывает состояния сознания между собой, она включает в себя акт вменения ответственности за их содержание. У Парфита же именно момент ответственности остаётся без ответа.
Парфит защищает онтологический редукционизм. Это ведет к тому, что за психологической связанностью нет ни картезианского эго, ни субстанциальной души. Это сильный тезис, который трудно оспорить. Но Парфит говорит, что важнее этого вывода аопрос об ответственности за уже совершённое. Парфит редуцирует прошлое к тому же психологическому критерию. Степень ответственности, по его мысли, убывает вместе с ослаблением психологической связанности между человеком сейчас и тем, кто совершил поступок в прошлом.
В вопросе об ответственности обнаруживается зазор между двумя позициями. Рикёр удерживает человека как ответственного за собственное действие и рассказ о себе, даже без прямого самопознания. Парфит снимает вопрос о тождестве вместе с вопросом об ответственности, а не отвечает на него в терминах, применимых к конкретному, пишущему о себе субъекту.
