Жара во рту моем, примерно в 5 утра,
стремится к перемене надоевшей власти.
Прокуренных зубов волнуется толпа,
желая солнцу в мутное окно воскликнуть: "Здрасьте!"

Но я давлю шумящий бунт нагайкою воды,
душу протест безумный первой сигаретой,
и за собой, как и любой тиран, не чувствую вины -
мне все прощает август. Скоро лето

закончится. И, слава Богу, кончится жара!
С меня довольно зелени и света!
Начнётся свежих красок мировой парад,
сопровождаемый улыбкой злой поэта!