Дома, как амфоры, хранят свое вино,
приверженцы погибшего искусства,
и, может, от того мне грустно,
что руки мастера съедает ремесло.

Брожу по городу, и взгляд ложится на
проекцию немого безразличия.
Моя дорога золотокирпичная -
апофеоз обманчивого сна, -

не приведёт меня ни к Гудвину, ни к Джусу,
не потому что компас неисправен,
а потому что нет ни компаса, ни правил,
согласно коим свято место будет пусто.