“Коммерсант”, Россия, 2025 г., реж. Фёдор Кравчук, Никита Кравчук

Автобиографический роман Андрея Рубанова “Сажайте и вырастет”, по которому снят этот фильм, я читал давно, стремительно и с наслаждением — прямая, обаятельная и увлекательная проза о том, как человек всего добился, все потерял и всё понял. О том как сидел в тюрьме, и что это за собой влечет. История эта отвечала всем требованиям, предъявляемым к классическому произведению — эпоха, данная в становлении, тяжелый общезначимый выбор героя, разрешение внутренних и внешних конфликтов высокой ценой.

Для кино эта история кажется слишком прямолинейной. То что в книге обрамлено авторским литературным стилем, в кино несколько блекнет на фоне криминальных блокбастеров, которыми избаловали зрителя. Что происходит? Герой с другом держат подпольный банк в Москве середины 90-х. Обороты миллионные, и как только они становятся миллиардными, ситуация выходит из-под контроля, за героем приходит РУБОП. Поначалу кажется, что все еще обойдется, но очень скоро становится понятно, что героя кинули, и теперь ему нужно выживать одному в переполненной камере следственного изолятора. А на воле осталась любимая жена с ребенком и без денег.

Герой проявляет себя просто и понятно, в любой ситуации остается честным, смелым, сильным. Может закинуть “коня” по “дороге”, может дать дельный совет, может помочь хорошим людям. Все это, надо отметить, никак не влияет на ход его дела. Судьба развивается сама по себе, обстоятельства камерной жизни — сами по себе. Главное для героя — Александра Петрова — заслужить уважение смотрящего по хате — Хаски. У Рубанова постоянно в тексте фигурировало это “Уважение тебе. Уважение”.
Из этого получаются две хорошие актерские работы. Петров убедительно играет испуг, а Хаски то ли играет непосредственность, то ли его просто удается снять с такой мерой органики.
С актерским работами в этом кино вообще все хорошо. Рамиль Сабитов — обаятельный тюремный дед, Артур Иванов — вызывающий симпатию скромный, но страшный в своей целеустремленности следователь.

В таком кино очень важен подход к фактуре, и здесь он добросовестен настолько, насколько это возможно тридцать лет спустя — кажется, что точно так все и выглядело, так все и было.

Повороты сюжета предсказуемы, общий гуманистический пафос — тоже.
Тот случай, когда экранизация не превосходит литературный первоисточник, но и не позорит его. Не разочаровывает зрителя.