Мне очень хорошо знакомо чувство транса, в которое ты попадаешь в Дороге. Ты выходишь на маршрут, и все меняется: время и мысли текут по-другому, а дорога сама начинает тебя вести: то, что кажется неудачей, приводит к чему-то важному; то, что кажется страданиями, поворачивает винтики в голове так, что ты возвращаешься другим человеком. В этот транс впадают люди, идущие El Camino de Santiago, велосипедисты, автостопщики, некоторые автомобилисты (такие, которые, как герои Керуака, едут, чтобы ехать), а теперь я знаю, что и те, кто ходят в конные туры.
В первую очередь, мне хочется выразить глубокое уважение Карине – за смелость и попытку запечатлеть это состояние и рассказать другим, каково это. Для меня это безумно важно.
Но к сюжету. Тут, на самом деле, довольно много всего намешано, а то, о чем я говорю выше, – подложка, которая только иногда прорывается. Корректор Ася отстает от группы туристов, а возвращается за ней Катя – не проводник, а повар, не местная, а сезонная работница, приезжающая работать в горы уже много лет. Но оказывается, Ася не отстала, а спланировала побег, и возвращаться не собирается. Катя едет следом за упрямой туристкой и вместе они проваливаются за изнанку реальности. Они едут на мертвых конях, по пятам за ними идет мертвый… нет, не жених, а бывший, на помощь то и дело приходит болтливый проводник между двумя мирами, а где-то рядом ходит загадочная Саспыга.
Мифология в романе – очень богатое сплетение алтайских мифов, фольклора проводников и вымысла. В какой-то момент даже начинает рябить в глазах от этой роскоши. У хоррора тут скорее обаяние историй, которые рассказывают ночью у походного костра или лагерных страшилок. Для меня эта часть по вайбу ближе всего была к игре Hellblade: Senua’s Sacrifice, в которой мифологическое мышление и психоз сплетаются в очень похожую картину.
Мне очень понравилось, как выписаны отношения между двумя героинями. Ася – агрессивная, колючая, отвергающая помощь, – сначала вызывает только отторжение, но в пути отношения изменяются, причем очень интересно. Да, это типичная бадди-стори, которые мы много раз видели в кино, но, во-первых, я люблю бадди-стори, а, во-вторых, лично я не могу вспомнить ни одной такой истории о двух женщинах, и для меня безумно важно встретить такую модель.
В обилии мистики, мифологии и безумно красивых алтайских видов можно не разглядеть настоящую боль автора от того, что в горы приходят большие деньги. Вжух – и уже вместо того, чтобы слушать природу и вдыхать горный воздух с непередаваемым букетом запахов, ты слушаешь мотор квадроцикла и нюхаешь бензин. Зато горы можно смотреть почти также легко, как картинки с видами. Есть и другая боль: та, о которой теперь не говорят, но болит у всех. «Есть Саспыгу» – это уничтожать что-то прекрасное ради себя. Мы не можем устоять перед искушением, набрасываемся на все лучшее и безжалостно уничтожаем это, думая, что это принесет нам… счастье? Нет, не счастье. Спокойствие. Отведавшие Саспыги не мучаются угрызениями совести, не стоят за свои идеалы – они приспосабливаются.
И один минус. Мне кажется, что передать этот транс, это чувство, когда ты смотришь сначала на природу, а потом внутрь себя, и начинаешь трансформироваться, Карине не удалось. Я узнаю его, но это мои эмоции, мои впечатления, мои переживания, книга только распаковывает архив личного опыта, но не показывает на самом деле, каково это. Я не вышла из этого путешествия изменившимся человеком.
И мне кажется, что этот темп будет приемлем только для того, кто
Несмотря на некоторую сумбурность и «сделанность» книги, мне очень понравилось – чувствую в авторе родственную душу. Спасибо, Карина, что позвала меня в этот конный тур.
