Глубокою провансальскою ночью чахлый семидесятилетний старик разбужен нуждой; ночь стоит тёплая, с бледными, мутными звёздами; вчера шла кровь. Кровь идёт вот уже несколько месяцев, пугая с каждым днём всё сильнее, он не в силах к ней привыкнуть, как не может привыкнуть и к старости, к физической немощи, ко всё уверенней надвигающейся смерти.

«Ночи звездные, чистые, холодные. Что ни вспомнишь (а обрывки восп. поминутно), все больно, грустно. Иногда сплю по 9 и больше часов. И почти кажд. утро, как только откроешь глаза, какая-то грусть — бесцельность, конченность всего (для меня).»

https://teletype.in/@testsubject/dark-alleys