Против обыкновения делюсь половиной, то есть первой из нескольких частей грядущего текста; впрочем, она самодостаточна. В жизни мне хватает всего, кроме умных людей и особенно — с интересами в литературе, так что советы и мнения будут приняты с радостью.
Поделитесь, если понравилось. Финальная версия будет отличаться.
Весь тот день Лера была рассеянна и суетлива, глядя сквозь меня невидящим взглядом, так, будто я был кем-то иным, человеком-статистом, не имевшим значения для неё. Меня же со страшною силою атаковали воспоминания, дикие, дерзкие, наглые, как стая грачей: в машине, где мы с Лерой болтали и пели Иванушек International, в мансарде дома, где я рассказывал ей небылицы, чего раньше очень любил, а потом перестал, глядя в круглое окно на умиравший закат, расстилавшийся над огненной речкой… Весь тот день меня окружала страшная, мучительная красота: во-первых, Лера, взволнованная и счастливая, с нежными розовыми пятнышками на щеках, в ситцевом платье, сандалиях и с распущенными волосами, внимательная ко всем — и не замечавшая ничего, невольно даря всем, кто её окружал, крохи клекотавшей в её теле любви, в пустых касаниях, машинальных поглаживаниях, удостаивая ими не только меня (я, я, только я их заслуживал!), но и других: одинокую девочку, тупоголового мальчика с его вульгарной подружкой, собственных своих родителей Лера обнимала с преувеличенной нежностью, словно принцесса Дисней, целовавшая в лобик и длинные ушки жителей леса: зайчиков, ёжиков, бабочек, оленят, вся поглощённая ожиданием принца, чтоб, когда тот удосужит явиться, все они взялись за ручки, собрались хороводом и затянули прекрасную песню — я был тем зайчиком, ревнивым и злобным, я был старухою-ведьмой — мне хотелось испортить всем праздник, закатить им скандал — но я не мог, я боялся, что добро победит, а меня просто смахнут под полог и забудут; во-вторых, само место, сама природа была в тот день пронзительна и велика: тяжёлые, зрелые ветви платанов медленно качались на слабом ветру, размеренно поводя ветвями-ладонями, словно служители древнего культа, старых богов, низко нависнув над пешеходными тропами, окаймлёнными буйною массой разросшихся за год кустарников, огненно-жёлтых на тех лепестках, куда доставали прямые лучи жаркого солнца, и тёмно-зелёных в тени; стрекотали цикады, икры царапали плодовые кусты, и вся эта пестревшая светом, пропитавшая воздух запахом зелени тёмно-светлая масса дрожала и переливалась, мелко трясясь и сверкая, и пели неизвестные птицы, и крошечные насекомые с изумрудно-прозрачными крыльями садились на мою переносицу, и умывали лапки на моих безжизненно погасших глазах.
Время чтения: ~40 минут.
https://teletype.in/@testsubject/teil1
