Дело в том, что занятия литературой и литературной инфраструктурой — два совершенно разных занятия, и чем более быть вовлечённым в одно, тем меньше сил сохранишь для другого; не знаю, дело ли во всеобщей грамотности, капитализме (в противовес феодализму, конечно), необязательности классического образования или чём-то другом, но абсолютное большинство людей, занятых лит. инфраструктурой, к литературе просто безразличны.

Исключительно малый процент человек по-настоящему интересуется литературой — или чем-либо ещё; чтобы удостовериться в этой несложной истине, достаточно глянуть один из тик-токов, где к прохожим подходят и просят назвать любимую песню: большинство опрошенных называют что-то в духе «Если с другом вышел в путь» или «We will rock you», обнажая тот факт, что для подавляющей массы населения вообще не существует такого понятия, как «слушать музыку».

Тем не менее, титул писателя традиционно высокопрестижен, и люди, желающие этот престиж обрести, вполне логично идут к нему самым коротким путём — вместо чтения всех тех прекрасных вещей, что созрели в веках, и постоянного, мучительного сравнивания своих текстов и их, они обращаются напрямую к тому, кто эти титулы выдаёт, определённое количество лет вертятся вокруг этого коллективного «он», калибруя свой голос к общему хору, и, получив благословение этой человеческой амальгамы, радостно прыгают в пасть её — и вот уж сами становятся её частью; присмотревшись к этой омерзительной глыбе, тут и там можно заметить следы безжалостно поглощённых людей: то женскую ручку с изысканными ногтями, то усталую длинноволосую физиономию, то чей-то гаргантюански толстый живот.

Включение Изабеллы Айрапетян в лонг-лист премии «Большой русский роман» не означает в этом смысле совсем ничего; что с того, что Изабелла вместо втирания в круги литературные ещё в студенчестве втёрлась в круги совсем другие, подчинив круги первые своей железною волей? Словно варвар, забрызганный кровью врагов, Изабелла сняла кривую корону из золота с мёртвого тела соперника и водрузила на свою загорелую голову; взамен долгого и утомительного лизоблюдства, на которое иные тратят всю жизнь, Изабелла вскинет над головою топор, цыкнет грозно и гордо — и вмиг станет морскою владычицей.


Не стоит бояться, и тревожиться тоже не стоит. Институции умерли, обессмыслившись, и человек остался с искусством один на один. Никто, даже время, не рассудит ваши дела, кроме вас и тех немногих, кто на вас похож; но и последним следует доверять с осторожностью. Литература — не средство от смерти, бледная замена заведенью детей, и не способ определенья себя средь других, а самодостаточное, как все остальные, занятие, заниматься которым стоит исключительно из любви к нему самому; честная оценка своего творчества — тяжелейшая из оценок, но без неё невозможно

стать настоящим ㅤㅤㅤㅤ