Из значительного числа источников по судопроизводству в классических Афинах сохранилось несколько фрагментов судебной речи Лисия, условно называемой «Об аборте», на которую ссылаются, правда, поздние авторы. Их фрагментарные и противоречащие друг другу высказывания не позволяют однозначно понять суть обвинения и вид жалобы, по которой возбуждалось дело. Одна из вероятных реконструкций: в результате чьих-то умышленных действий и физического воздействия (вариант: самой беременной) произошел выкидыш на достаточно позднем сроке беременности, что позволило обвинителю, ссылавшемуся на мнения врачей и повитух, представить плод «живым». Высказывалось и такое предположение: обвинитель апеллировал к правам отца: убийство плода лишало его наследника. Нам неизвестно о существовании какого-либо закона в классических Афинах, воспрещающего аборты даже на поздних сроках, однако это не исключает предположения о том, что права отца нерожденного ребенка могли стать аргументом в судебной тяжбе.

При этом в римском праве ничего не говорится о незаконности аборта: в глазах закона плод — не субъект, а часть материнского тела. У Ульпиана так и сказано: плод чрева до рождения является частью женщины или ее чрева. После же рождения муж может потребовать своего сына — или чтобы ему его предъявили, или чтобы было разрешено его забрать: Ульпиан рассматривает случай, когда в ситуации развода муж подозревает, что его бывшая жена скрывает беременность. Плод охранялся законом, поскольку охранялась беременная. В случае же если женщина тайно сделала аборт, наказывается, по сути, не само действо, а некоторые сопровождающие обстоятельства, связанные с наследованием.

Пожалуй, главный аргумент, показывающий, что едва ли запрет абортов входил в этический кодекс среднестатистического античного врача. Если мы обратимся к античной медицинской литературе, мы встретим там сотни рецептов как противозачаточных, так и абортивных средств. В том же Гиппократовом сборнике в первой книге De morbis mulierum («О женских болезнях») несколько глав — монотонный перечень такого рода снадобий. Рецепты и инструкции, нередко повторяющиеся, приводятся во множестве у греческого врача Педания Диоскорида (I в.), автора сочинения «О лекарственных веществах», основоположника всей европейской фармакологии; у пергамского медика и философа Галена, у Псевдо-Галена и т. д.

Всевозможные зелья являлись наиболее популярным способом прерывания беременности. Среди них были как простые по составу (например, настойка из цикламена или оносмы), так и весьма замысловатые.

Большое разнообразие абортивных средств и техник, представленных в сочинениях древнегреческих и римских медиков, свидетельствует о распространенности искусственного прерывания беременности в античности. Определенный довод в пользу такого вывода дают исследования женских костных останков, предпринятые в последние десятилетия, которые позволяют определить, сколько раз женщина рожала. Для античного Средиземноморья были получены весьма интересные данные. Дж. Лоуренс Энджел приводит следующие цифры: в эпоху архаики (ок. 650 г. до н. э.) на женщину в среднем приходится 4,6 родов, выживших детей — 3; в эллинистическое время (300 г. до н. э.) женщина рожала в среднем 3,6 ребенка, выживших — 1,6; в императорском Риме (ок. 120 г. н. э.) в среднем — 3,3 ребенка, выживших — 1,6. Есть, однако, сомнения в точности методов, используемых в этих исследованиях. Но если они хотя бы относительно отражают реальную ситуацию, очевидно, что такая низкая рождаемость для античного Средиземноморья могла быть достигнута только применением противозачаточных и абортивных средств.

Как это сочетается с запретом из Гиппократовой клятвы — реальность тут явно противоречит слову. Собственно, об этом же свидетельствует само содержание многих трактатов Гиппократова корпуса, в которых речь идет об абортивных средствах, а также описание конкретных случаев.