Выступление психолога аспирантки Института клинической психологии и психотерапии Технического университета Дрездена М. Нойфельд было названо «Маскулинность и ущерб, причиняемый алкоголем».

Прежде всего М. Нойфельд отметила внушительные размеры ущерба, наносимого злоупотреблением алкоголя. Так, например, по данным Всемирной организации здравоохранения, в мире в результате вредного употребления алкоголя ежегодно умирают 3,3 млн человек, что составляет 5,9 % всех случаев смерти. Вредное употребление алкоголя является причинным фактором более чем 200 нарушений здоровья, связанных с болезнями и травмами. 5,1 % общего глобального бремени болезней и травм обусловлено алкоголем.
Помимо этого, вредное употребление алкоголя наносит значительный социальный и экономический ущерб отдельным людям и обществу в целом. Алкогольная ситуация в России оценивается экспертами как национальная катастрофа.

Для того чтобы понять, почему множество людей, и прежде всего мужчин, подвергают себя алкогольной зависимости, М. Нойфельд предложила рассмотреть данное явление сквозь призму концепта гегемонной маскулинности. Под гегемонной маскулинностью понимаются те или иные социальные практики, призванные гарантировать доминантную социальную позицию мужчин и подчиненную позицию не-мужчин. В контексте теории гегемонной маскулинности потребление алкоголя может быть рассмотрено как средство для воспроизводства/стабилизации (гегемонной) маскулинности по отношению к другим мужчинам.

Известный немецкий ученый Р. Шмитт провел своеобразный метафорический анализ, в рамках которого осуществил и проанализировал глубинные интервью мужчин, лечащихся от синдрома алкогольной зависимости в клиниках Германии. В результате автор пришел к выводу о том, что в самоинсценировке, адресованной другим мужчинам, потребление алкоголя трактуется как «мощность» («Leistung»), т. е. показатель того, сколько мужчина сумел «осилить»; потребление алкоголя облегчает физическую инсценировку власти через угрозу применения насилия или же само применение насилия; состояние опьянения/дурмана предоставляет возможность испытать гегемонную маскулинность в качестве фантазии величия и ощущения неуязвимости.

Исследования самой М. Нойфельд, проводившиеся в рамках данной методологии на территории Российской Федерации, подтвердили и углубили приведенные выше выводы. Помимо того что интервьюируемые респонденты воспроизводили то же представление об алкоголе как средстве осуществления власти над женщинами и «маргинальными» мужчинами, их развернутые ответы содержали неартикули-рованные представления о том, что женский алкоголизм неприемлем и опасен, в то время как для мужчины употребление алкоголя и даже злоупотребление им представляет допустимую норму. Поэтому докладчиком был сделан вывод о том, что в русской культуре «пить» — непроизнесенная норма поведения мужчин («Ну что ты не мужик, что ли?..»). В то время как потребление алкоголя женщинами карается общественным осуждением.


Хитрук Екатерина Борисовна
«Мужской вопрос» в XXI В. : развитие комплексного подхода к изучению маскулинности