В июле 2022 года метаанализ исследований о связи серотонина и депрессии разлетелся по медиа – от CNN и ScienceDaily до The Guardian и дальше, – а заголовки возвещали в ключе: «Решающий удар по серотониновой теории депрессии». Утром того же дня одна знакомая, с которой мы едва общаемся, написала мне: неужели нас «поимели»? Трудно понять, почему это отрезвление пришло столь поздно. «Химия мозга» как объяснение едва стояло на ногах с самого начала XXI века. По анализам метаболитов в организме не находили разницы в уровнях серотонина между людьми с депрессией, без нее и теми, кто принимает антидепрессанты. Когда сомнения в нейромедиаторной теории окрепли, индустрия довольно цинично стала отрицать, что вообще на нее опиралась. Психиатр Рональд Пайс, много лет прослуживший редактором Psychiatric Times, делал такие заявления не раз – в 2011‐м и снова в 2019‐м, хотя тот же журнал прежде охотно продвигал идею «химического дисбаланса».

Пайс с одобрением цитировал реплику о серотонине как о «школьной влюбленности психиатрии».
Он также намекал, что вина за ложное продвижение теории «химического дисбаланса» лежит на врачах общей практики, которые и выписывают большинству пациентов антидепрессанты (что само по себе проблема). Будто бы терапевты получают сведения о лекарствах не из материалов, которые в основном пишут психиатры, находящиеся на гонорарах у фармкомпаний, а из таро и досок для спиритических сеансов.

Отчасти благодаря тому, что «химическую» теорию мозга сместили, в психиатрической литературе стало заметно больше разговоров о многоаспектном подходе к душевной боли: физическом, социальном, психологическом. На деле же у нас по‐прежнему чек‐лист по Андреасен и пятнадцать – двадцать минут приема. Большинство пациентов не могут позволить себе психотерапию. У тех, кто все же ходит к «разговаривающему» терапевту, почти нет связки между этим процессом и работой врача, выписывающего рецепты. Первый может докопаться до травмы или системной поломки (мне известна одна из таких историй о женщине, которая жила в абьюзивном браке), второй просто выдает таблетки (в том случае это был «Прозак»).


Антонетта Сюзанна Паола
Убийство по назначению врача
Как лучшие намерения психиатрии обернулись нацистской программой уничтожения: от «морального лечения» Пинеля к газовым камерам Зонненштайна