Поклонение Прекрасной Даме представляло собой прежде всего социальную игру для знатных мужчин. Ж. Дюби отмечает особую пикантность этой игры, где объектом вожделения выступает замужняя знатная Дама, а фокусом внимания не столько цель (расположение Дамы), сколько процесс достижения цели и томительное ожидание.

Дюби также пишет: «Играя в эту игру, демонстрируя умение изысканно завлекать женщин, придворный подчеркивал свою принадлежность к миру избранных, свое отличие от "деревенщины". Куртуазная любовь была прежде всего знаком престижа в мужском обществе...».

Говоря о куртуазной игре, Й. Хейзинга обращает внимание на то, что в отличие от женской любви, так или иначе сопряженной с материнством, любовь мужская нуждалась в романтической сублимации, реализовавшейся в куртуазной литературе.

Таким образом, мы можем видеть, что, становясь участником куртуазной игры, состоящей из отважных поступков, проявлений жертвенности, изысканных ухаживаний и литературных отражений любовных переживаний, мужчина, с одной стороны, получал возможность выступать в новой престижной социальной роли, а с другой — удовлетворял потребность в романтической сублимации своей любви.

Что же касается роли женщины в этой игре, то в рамках культа Прекрасной Дамы мужчина, устанавливая правила куртуазности, не просто контролировал, но создавал женщину, чтобы затем сделать средством собственной самореализации. Это уже не было созданием литературного образа, как, например, в случае с идеальной женой из дидактических трактатов. Ведь жена существовала и за пределами мира, созданного авторами наставлений, а в его пределах по-прежнему оставалась реальной женщиной со своими природными качествами, которые следовало сделать уместными в браке.

Несоответствие идеалу не умаляло полностью социальной значимости супруги; несоответствие модели поведения, созданной для нее мужчинами, не отнимало у нее право на существование. В то время как Прекрасная Дама — женщина, «появившаяся» по воле мужчины, изнеженная красавица, отстраненная от власти, войны, экономики и вообще реальной жизни, созданная только для того, чтобы дарить мужчине наслаждение.

Поклонение Прекрасной Даме, безусловно, делало женщину объектом восхищения. Но прекрасной и достойной восхищения она становилась только по воле рыцаря, когда он желал сделать женщину объектом куртуазной любви. Только подчинение и соответствие правилам куртуазности, созданным мужчинами, превращало женщину в Прекрасную Даму, только мужская воля позволяла Прекрасной Даме «появиться».


Букатова Дарья Михайловна
Колесниченко Лариса Ивановна
Культ Прекрасной Дамы как отражение средневековой концепции несовершенства женской природы