Самое страшное, что до Бернарда Шоу никто из великих по-настоящему этого поведения не осуждал, шаблон недостойной гения подруги жизни всегда был под рукой у нуждающихся в оправданиях действий Диккенса в отношении Кэтрин, и лишь женщины (жена Карлейля Джейн и, разумеется, Джордж Эллиот) дерзновели называть вещи своими именами (придумав, например, новый глагол для дурного обращения с супругой - to dickens one's wife). Ну и типовых ответов на охлаждение мужей к утратившим свежесть за десятки лет брака жёнам тоже как-то придумано не было.