Аргумент против закона о домашнем насилии основан на представлении о «злой природе» женщины

Один из аргументов против закона о домашнем насилии таков. Если закон будет принят, многие хорошие и невинные мужчины пострадают от нечестности женщин. Противники закона взахлеб придумывают варианты: муж отказался купить жене норковую шубку, и она его посадила! Женщина сошлась с любовником, решила избавиться от мужа - набила сама себе синяк и отправила мужчину под суд! Жена просто стерва, занимается психологическим насилием, но по-женски тонко (не повышая голоса зудит-зудит), а стоит мужу сорваться, не дай бог, замахнуться, попадет за решетку.

Это очень яркий пример дегуманизации женщин. Я уже писала: в нашей культуре к человеку практикуется гуманистический подход. Человек не считается злым от природы. (Мы даже преступления не объясняем тем, что виновный просто зол от природы, ему по натуре свойственно совершать зло).

Но женщина в глазах общества по-прежнему не человек. Аргументация противников закона о профилактике домашнего насилия на том и построена, что она «зла от природы». Это иллюстрируют нам примеры даже из уст публичных лиц. «Жена просит тысячу евро, а я говорю: нет, только семьсот. Вот уже экономическое насилие» (с) Алексей Комов, член правления Всемирного конгресса семей. «Если отец запретит 13-летней дочери уйти в полночь гулять непонятно с кем, это станет трактоваться как лишение свободы выбора»(с) протоиерей Всеволод Чаплин.

Женщина во всех риторических примерах, якобы доказывающих «опасность и вред» закона о домашнем насилии, изображается именно как существо, поступающее корыстно, подло, распущенно, жестоко просто «по природе», а насилие даже иногда выгораживается как единственный сдерживающий фактор.

Зато мужчина в этих примерах всегда обеляется, насколько возможно. «Признаюсь, я преследовал свою жену все 25 лет. Начал еще до свадьбы. И не прекращаю до сих пор. Например, я заезжаю за ней на работу. Иногда настырно, совсем без спроса, поджидаю ее с дочкой на занятиях, чтобы обеих забрать домой»(с) Николай Николаев, депутат Госдумы от партии «Единая Россия».

Насилие со стороны мужчины представляется если не благом, как со слов Николая Николаева, то, по крайней мере, ВНЕШНИМ обстоятельством, т.е. срывом хорошего человека по внешним причинам. Мужчина «от природы добр» или, как сейчас принято говорить, «адекватен». Поэтому – на основании этого гуманистического принципа – насилие со стороны мужчин сразу превращается в преувеличенную проблему. Как бы достаточно устранить внешние обстоятельства, толкающие мужчину на насилие, т.е. не доводить его до этого, и все в порядке. Как говорили в крепостнические времена, когда по приказу барина на конюшне пороли крестьян, «сама себя раба бьет, что нечисто жнет».

Если рассудить, где больше места произволу? Где человек для осуществления своей цели должен обращаться к третьим лицам, или где человек напрямую может творить произвол? Казалось бы, ответ очевиден. Женщина менее опасна, если, чтобы навредить мужчине, ей придется делать это опосредованно – через третьих лиц, ответственных за осуществление закона. Мужчина же, который не нуждается в посредничестве, а может напрямую использовать домашнее насилие, конечно, опаснее.

Но нет! В обществе, где женщина считается «злой от природы», малейший рычаг в ее руках для контроля над ситуацией пытаются представить, как возможность творить зло и несправедливость. Посадит мужа за то, что просила у него тысячу евро, а он смог дать только семьсот! (Ну надо же было Алексею Комову так проговориться!). Женщина изображается, как некий скорпион, без разума, без привязанности, без чести, который, дай ему только шанс, будет жалить по самой своей сути!