Первое — нарушенное чувство принадлежности (thwarted belongingness): «я нигде не свой». Не принадлежу этой компании, этому коллективу, этому обществу, другим людям.

Второе — ощущение себя обузой (perceived burdensomeness): «со мной всем тяжело», «без меня другим было бы проще».
В исследовании Pelton и соавторов с участием 695 человек аутичные взрослые сообщали о более выраженном нарушении чувства принадлежности, более выраженном ощущении себя обузой и большем количестве травматического опыта, чем неаутичные участники. При этом классическая Interpersonal Theory of Suicide не воспроизвелась в аутичной группе полностью и это важная оговорка: суицидальность при аутизме нельзя объяснить одной красивой психологической моделью. Похожая картина обнаружена и в независимой выборке взрослых с РАС Dow и соавторы, 2021.
И есть ещё одна часть этой истории, которую невозможно игнорировать маскинг.

Постоянно контролировать лицо и голос. Смотреть человеку в глаза столько секунд, сколько считается нормальным. Не двигаться «странно». Заранее репетировать разговоры, а после часами анализировать, не сказал ли ты что-нибудь не то.
В исследовании Cassidy и соавторов 164 аутичных взрослых сравнивали со 169 людьми из общей популяции. 72% аутичных участников набрали баллы выше рекомендованного психиатрического cut-off по шкале суицидального риска SBQ-R против 33% в контрольной группе. Внутри аутичной группы с большей суицидальностью были связаны в том числе камуфляж аутистических проявлений и количество неудовлетворённых потребностей в поддержке. Это корреляционные данные и они не позволяют сказать «маскинг вызывает суицид», ровно так же, как всё перечисленное выше не позволяет построить простую линейную цепочку.
Но мне кажется невозможным обсуждать высокий суицидальный риск при РАС и одновременно делать вид, что социальная среда, в которой живут аутичные люди, здесь вообще ни при чём. Представьте ребёнка, который с детства регулярно слышит: не будь таким странным, не маши руками, посмотри мне в глаза, почему ты опять всё воспринимаешь буквально, ты душный, с тобой невозможно общаться, почему ты не можешь быть нормальным. Потом этот ребёнок становится взрослым и теперь от него требуется самостоятельно устроиться на работу, построить отношения, найти друзей, распознать огромное количество неписаных социальных правил и постоянно доказывать окружающим, что он достаточно «нормальный», чтобы иметь право оставаться внутри группы.

А если он ошибается, то интернет сегодня способен превратить его социальную неловкость в развлечение для миллионов людей.