Если тебя дёргают за косички, значит ты ему нравишься. Если задирает, значит нравишься ещё больше. Это одна из первых социальных инструкций, которые получает ребёнок: агрессия иногда означает симпатию, надо просто научиться её расшифровывать.

Пока писала прошлый текст, поймала себя на мысли, что эта фраза чаще всего адресована девочкам, но сама механика в ней работает гораздо шире. Мальчику тоже транслируют версию этого правила, просто в других словах: не обращай внимания, не показывай, что задело, стерпи, потому что так проявляют внимание. Меняется формулировка, но суть та же: неприятное поведение другого человека предлагается перекодировать в знак симпатии, а не принимать за то, чем оно является на самом деле.

Это первая инструкция по флирту, которую многие дети получают, независимо от пола, и она построена на переводе чужой агрессии или холодности в комплимент. Для нейроотличного ребёнка любого пола это неудачное начало, потому что оно требует не доверять собственному восприятию ситуации в пользу чужой интерпретации. А для девочек есть ещё один слой: аутизм у них и так распознают позже и хуже, отчасти из-за более успешной маскировки, отчасти потому что диагностические критерии изначально собирались на мальчиках. Девочка, которая в шесть лет буквально усвоила правило «если он тебя дразнит, значит ты ему нравишься», получает не просто неверный факт, а рабочую модель считывания мужского внимания на годы вперёд, причём именно в тот момент, когда взрослые меньше всего склонны заподозрить у неё РАС и объяснить, что тут что-то устроено не так, как кажется.

Для нейротипичного ребёнка эта инструкция со временем действительно начинает работать. Он считывает контекст: кто вокруг, какая интонация, смеётся мальчик или злится, продолжается это на следующий день или сходит на нет. Дразнилка держит в себе два смысла сразу, буквальный (обидно) и скрытый (на самом деле хорошо отношусь), и ребёнок постепенно учится удерживать оба и выбирать нужный по ситуации.

У аутичного ребёнка эта логика ломается иначе, потому что построена на прямом противоречии самой себе. Дразнилка не намекает, она говорит одно и подразумевает другое, а буквальная обработка языка при РАС обычно сохраняется устойчивее и дольше, чем считывание контекста. В одном исследовании аутичных детей с высоким уровнем функционирования выяснилось, что они чаще воспринимали дразнящих сверстников как враждебных, даже когда те дразнили по замыслу дружелюбно. Дело тут не в реакции на сигнал, а в самом сигнале: он изначально противоречив, и без надёжного доступа к контексту ребёнок остаётся один на один с этим противоречием.

Дальше происходит вот что. Если правило «агрессия значит симпатия» усвоено буквально, как инструкция, а не как гибкая интуиция, оно не исчезает с возрастом, а просто меняет форму: дёрганье за косичку превращается в токсичное поведение партнёра, которому хочется найти тайные чувства, холодность списывается на застенчивость, а игнор на занятость. Взрослый человек с РАС, который в детстве честно выучил, что боль иногда значит любовь, потом несёт эту установку туда, где она особенно опасна: в отношения, где партнёр использует её не случайно, а вполне сознательно.

Аутичные дети тут не какие-то особенно наивные или доверчивые. Просто взрослые вокруг годами транслируют им откровенно противоречивое правило и ждут, что ребёнок сам разберётся, где оно работает буквально, а где нет. Это несправедливо по отношению к любому ребёнку, а ребёнку с буквальной обработкой языка такое требование обходится особенно дорого. Разговор с детьми стоило бы вести иначе. Не «дёргает, значит нравишься», а «иногда дети плохо умеют показывать, что им кто-то интересен, и вместо этого делают глупости». Это честнее и не требует расшифровки скрытых смыслов, и в отличие от исходного правила, это можно применять буквально.