🔤🔤🔤🔤🔤2⃣2⃣:
ㅤㅤㅤ🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤
🌧️🌨️🌨️🌨️🅱️🅱️🅱️🌨️🌨️🌨️🌧️
За месяц, что Ксавье пребывал в стационаре, с Женей он так и не связался. Сделать это оказалось куда труднее, чем планировалось — врачи следили буквально отовсюду, и любой телефонный звонок, любое сообщение могли быть перехвачены или зафиксированы. Но, не считая надзора, Ксавье и сам считал, что прошло ещё слишком мало времени для какой-либо связи. Он не знал точно, вдруг и телефон Жени могут проверять после случившегося, так что и рисковать не хотелось.
Прошло уже несколько недель, а он всё ещё не привык к тишине. Раньше в этом доме всегда было шумно — Ксавье ходил по коридору, что-то говорил по телефону, гремел посудой. Теперь ничего этого не было.
В парке недалеко от дома Жени бродил странного вида парень. Не просто бродил — явно искал что-то, проверял совершенно неожиданные места: то к водостоку подойдёт, пощупает, то под скамейку залезет, то у мусорки покрутится, и так циклично, будто он повторял один и тот же маршрут снова и снова, надеясь, что в этот раз удача будет на его стороне. С каждым его проходом по окрестностям было видно, как терпение закипает, он начинал психовать и внезапно ударять случайные вещи, что попадались под руку. Руки дрожали, под глазами синяки, словно тот не спал больше суток, искусанные в кровь губы и бледная кожа, а подпитывала всё это нарушенная координация движений. Но особенно во внимание бросалась речь неизвестного — не всегда внятная, запутанные слова, заторможенная формулировка мыслей.
Он в очередной раз ощупывал последнюю скамейку в парке и, не найдя ничего, кулаком ударил по брусьям, усаживаясь на них после. Боль от удара отозвалась в костяшках, но он почти не заметил её — тело привыкло к боли за все эти годы. Он просидел так несколько секунд, глядя в землю, и тихо выругался, чувствуя, как внутри поднимается отчаяние.
— Гнхх, да я в рот ебал!
Женя шёл с магазина с тяжёлыми пакетами алкоголя. Он никогда не пил так много, но последние недели стали слишком тяжёлыми, чтобы оставаться трезвым.
Оуэн — единственная его поддержка и опора сейчас — отвечал всё реже и реже, он соглашался на встречи, но каждый раз их переносил. Это происходило настолько часто, что уже стало невозможно перестать замечать.
Он купил три бутылки разного алкоголя, закуски, сигареты — всё, что могло заглушить тишину в пустой квартире. Увидев по пути домой какую-то странную фигуру, что избивала мусорки и лавочки, он напрягся и присмотрелся. До него быстро дошло, что перед ним нарик, который не может найти свой клад — он сам выглядел так же несколько лет назад, и это узнавание отдало в груди.
Он с тихим свистом подошёл к нему и присел рядом, пока стеклянные бутылки забились друг о друга в пакете.
— Ненаход, дружочек? — Женя хитро улыбнулся, как-то свысока смотря на парня перед ним.
Брюнет вздрогнул. Он широко раскрытыми глазами посмотрел на Женю, по виду сначала совсем не понимая, человек ли перед ним сидит или просто очередная галлюцинация, которые преследовали его всё чаще в последнее время. Покачав головой, парень отмахнулся от него.
— Бля, чувак.. отъебись по-хорошему, мне и без твоего замечания это душу разрывает. — Он замолчал на секунду, переводя дыхание. — Бабло заплатил, а найти, блять, не могу! Дерьмо, дерьмо, какое же дерьмо...
Парня всего передёрнуло, когда он перевёл взгляд на тёмное небо, держа ладони на дрожащем колене.
— Какие координаты? Ты точно по ним следовал или просто местность нашёл и стал искать? — Женя поставил пакет на лавку и повернулся к нему.
Захотелось помочь бедолаге, ведь сам он был несколько раз обманутым производителями, и знал, какого это — когда ты платишь последние деньги, а в условленном месте ничего нет.
— По координатам нихуя нет, вот я и стал искать по другим возможным местам... нету, ничего нету, — он тихо, почти истерически засмеялся и шмыгнул.
— Может тогда пойдём бухнём у меня? — Женя зевнул, стараясь выглядеть расслабленным, хотя внутри всё дрожало. — Не думаю, что кто-то действительно что-то положил.
— Чел, у тебя все дома? — он взглянул на него, приподнимая бровь. — Какого-то парня к себе домой звать, чтобы бухнуть. Ну ты и кадр.
— Вот именно что дома никого нет, — Женя закатил глаза. — Не выёбывайся, и так тошно. У кого заказ брал?
— Заказ брал у... ээ... да не ебу.
— Пф, поэтому и ненаход. Сколько уже употребляешь?
— Бля, шкет, нахуй тебе это знать? Ты коп? Или кто? Ну, допустим, шесть лет.
— Я типа бывший нарик. На алкоголь вот перешёл.
Незнакомец покачал головой и задумался над словами блонди. Так или иначе, денег нет, а если тот впадёт в состояние ломки — считай, пиши пропало. Что-то прошипев себе под нос, он поднялся со скамейки и взъерошил свои волосы.
— Ладно, похуй, пошли уж.
Женя усмехнулся, встал, достал из кармана самокрутки с травой и протянул одну бедному парню, а вторую сунул себе в рот и поджёг, после протягивая вслед зажигалку.
— На, мейби поможет. У меня где-то списки проверенные были с дешёвкой, дома найду, покажу.
— Ебать, — парень принял подгон, осматривая самокрутку. Он выхватил зажигалку из рук Жени и, сунув косяк меж зубов, поджёг кончик со вдохом. Тут же почувствовал, как дым начинает распространяться по глотке и лёгким, обжигая слизистые. В глазах всё немного закрутилось. — Охохо... пиздец, это что? Трава? Ебать она качественная, стоит то, наверное, как почка.
Он кинул зажигалку обратно.
— Удивишься, но она от Фостеров, — подмигнул Женя.
Его хватила.. не гордость даже, а скорее странное удовлетворение от того, что он может это сказать не как наркоман, который достал редкий товар, а как человек, у которого этот товар есть просто потому, что он может его иметь. Он поймал себя на мысли, что ему хочется, чтобы этот нарик знал: он не просто «бывший», — он был внутри системы, он знает, как всё работает, он касался того, до чего другие не дотягиваются. В этом не было желания вернуться к такой жизни — было желание показать, что, если бы он захотел, он мог бы быть самым крутым наркоманом с лёгким доступом к лучшим наркотикам в этом штате, но он не захотел. От этого внутри была смесь удовлетворения и пустоты, будто он хвастался чем-то, что уже не имело значения, но его всё ещё грело самолюбие.
Женя поймал зажигалку и сунул её к себе в карман. Он тоже закурил, чувствуя, как тепло от дыма начинает распространяться по телу, успокаивая нервы.
— От Фостеров!? Да ты чешешь! — парниша поплёлся за новым и.. достаточно выгодным знакомым как пёсик.
— Хочешь верь, хочешь нет. — Он вскинул брови и пожал плечи. — Как тебя звать?
— А.. Аллен. Аллен я.
— Аллен, Аллен.. запомню. Пошли уже.
Он потянулся и зашагал к своему дому, который находился буквально в нескольких шагах от парка. Зайдя внутрь, он разулся и включил свет, отходя с порога, и почувствовал, как тепло домашней квартиры обволакивает его, хотя внутри всё ещё было холодно.
Увидев его дом, вопросов у Аллена стало лишь больше. Женя совсем не выглядит как самодостаточный, откуда всё это?
— Пиздец... ты богатенький типа или что?
Он прошёл за порог и закрыл за собой дверь, оглядываясь по сторонам с плохо скрываемым любопытством.
— Мне.. можно сказать, подарили, — Женя сжал губы и прошёл на кухню. В очередной раз вспоминать о Ксавье хотелось меньше всего, но это имя было и будет его историей. Правда сейчас малейшая мысль о нём вызывало скрежет в душе. — Не считаю всё это своим. Просто знакомые хорошие. Проходи.
— Подарили!? — Аллен осмотрел хатку с раскрытым ртом. — Чел, «просто знакомые» не могут такое дарить! Или это подгон любовничка, а?
Он усмехнулся, проходя на кухню за парнем.
— Типо того, — Женя тяжело вздохнул и стал разбирать пакет с тремя бутылками различного алкоголя. Он даже не смотрел, что берёт на полках магазина. Следом он достал небольшую горстку разных закусок и разложил всё по тарелке. — Из закусок я какую-то дрянь американскую взял, хз, не шарю. Я типа не здешний, если что. А, и ещё, забыл представиться, я Женя, приятно познакомиться.
— Не здешний? Россия, Украина?