Февраль 1830 года, город Балтимор. Большое жюри заслушивает обвинения, выдвинутые против журналиста местной квакерской газеты «Genius of Universal Emancipation». Перед присяжными молодой человек 24 лет, который лишь полгода назад присоединился к редакции.
Его обвиняют в клевете, повод — как водится, газетная статья. В ней журналист обвинил местного судовладельца Фрэнсиса Тодда в том, что тот организовал доставку рабов из Балтимора в Новой Орлеан (что уже тогда противоречило правилам).
В своей статье обвиняемый, надо сказать не стеснялся в выражениях, что в целом было характерно для прессы XIX века:
Я полон решимости покрыть густым позором всех, кто был замешан в этом гнусном деле. Я уже говорил, что корабль «Фрэнсис» прибывает из моего родного места, Ньюбурипорта (Массачусетс), им командует капитан-янки, а владеет им мой земляк по имени ФРЭНСИС ТОДД. От капитана Николаса Брауна я ожидал лучшего поведения. Снаряжать пиратские крейсеры или заниматься иностранной работорговлей не хуже, чем заниматься подобной торговлей вдоль наших собственных берегов; Люди, имеющие порочность участвовать в этом… враги собственного вида — большие, чем грабители с большой дороги и убийцы. Их конечная участь, если они поспешно не покаются, оказаться в самых низких глубинах ада…
Предсказуемо мистер Тодд был не в восторге от подобных текстов, пусть и написанных в какой-то сердобольной газетке. Он потребовал привлечь автора к ответственности (справедливо рассчитывая на благосклонность суда). Сначала дело ушло в Большое жюри (что-то типа предъявления обвинения только с присяжными), а потом и в суд.
В начале процесса обвинитель зачитал обвиняемым те фрагменты, которые являлись, по мнению судовладельца клеветой. Потом присяжным предложили ознакомиться со всей статьей, что вызвало протесты защиты. Ведь, журналисту вменялись в вину конкретные фразы, а не текст целиком со всей его патетикой. Как потом вспоминал сам автор:
Защитник подсудимого возражал против такого подхода, поскольку никто не обязан защищаться от обвинений, не изложенных в обвинительном заключении; иначе зачем требуется такая точность и формальность при составлении этого документа?
Эти возражения не впечатлили суд. Процесс пошел дальше своим чередом, который привел к обвинительному вердикту — штраф в 50$. Платить молодой человек отказался и должен был отправиться на 6 месяцев в тюрьму. Впрочем, один филантроп оплатил штраф, так что журналист провел за решеткой 7 недель:
Часть времени в тюрьме я посвятил написанию обращений против рабства, которые должны были быть произнесены перед народом после моего освобождения. Соответственно, как только мои оковы были разбиты, я совершил турне из Мэриленда на родину в Массачусетс
Молодого человека звали Уильям Ллойд Гаррисон. На следующий год он начнет издавать The Liberator известнейшую газету аболиционистов. Он будет ее выпускать до 1865 года, ровно до того дня, как рабство в США официально ушло в прошлое…