Еще в тему того, что
С тех пор прошел, кажется, год. Никакого ответа, привета или хотя бы сообщения о том, что мой текст не напечатают, мне не приходило. Кажется, в этих условиях я волен выложить текст здесь. Приготовьтесь
Итак
Не то, что нас убьет (часть 1)
«К 2027 году [внедрение ИИ] затронет 23% рабочих мест [в мире]: будет создано 69 млн новых позиций, а 83 млн исчезнет», — такой прогноз в 2023 году озвучил Всемирный экономический форум. Спустя год Институт исследования публичной политики предположил, что ИИ может лишить работы до 8 млн британцев.
Вероятно, любой, кто видел подобную аналитику, хотя бы раз примерял ее на себя, задаваясь вопросом: «что будет со мной, когда ChatGPT научится делать мою работу?» Журналисты размышляют над этим как минимум не реже других. Ведь они постоянно регулярно не только читают, но и пишут материалы о том, как ИИ заменяет их коллег.
Тем удивительнее видеть немалое количество статей журналистов-технооптимистов. Они не просто отказываются признавать неизбежный крах своей профессии из-за совершенствования ИИ, но, напротив, говорят о грандиозных возможностях, которые открывает перед ними генеративный искусственный интеллект. В 2023 году колумнист The New York Times Фархад Манджу писал:
Конечно, реактивный ранец [ChatGPT] немного глючит, да, иногда он падает и взрывается. И, да, правила его использования неясны, так что с ним нужно быть очень осторожным. Но бывает так, что он взлетает, выполняя задачи, которые заняли бы часы, за минуты, а порой и за секунды.
В своем тексте он приводит примеры таких задач: подбор нужного синонима; написание абзацев-переходов между смысловыми частями текста; быстрое резюмирование сложных документов, вроде обвинительного заключения по уголовному делу.
«Я могу практически все»
«Я слышал, что многие активно используют ChatGPT и это меняет все, но сам изначально не понял, что в нем такого, — вспоминает свои первые опыты взаимодействия с ИИ дата-журналист Александр Богачев, — все изменилось весной этого года». По словам Александра, после выхода GPT4.0 он решил в виде эксперимента выполнить с его помощью сложные манипуляции с данными:
[Нужно было] обработать сложным образом большой датасет, то, что я мог бы сделать, но это было бы крайне трудоемко. Я написал запрос: “возьми такой-то сложный датасет и сделай мне такое преобразование”. Это сработало с первого раза! В какой-то момент, довольно скоро, я понял, что я могу практически все.